Весь в маму…

Исаева беззвучно, как рыба, открывает рот, а потом смотрит на меня чуть ли не с ужасом и вопросительно тычет пальцами сначала в детей, а потом в Тагаева.

– Что, правда? – у нее прорезается голос, и она беспомощно садится на уличную урну.

Я близка к провалу как никогда, но меня спасает, что Артур снова говорит по телефону, и я могу позволить себе гордо проигнорировать вопрос.

– Начинайте готовить документы, – отдает распоряжения Тагаев, – я даю согласие на долевое участие в строительстве стадиона. Свяжитесь с владельцем ипподрома Исаевым, пусть приступает к демонтажу конструкций. Скажите, Тагаев велел ему дома сидеть и заниматься воспитанием сына. Жену уже не перевоспитаешь, так что пусть хотя бы парня до ума доведет. Да, кстати, там у него еще офисный центр есть. Парковки сносим, землю отдаем ларечникам. Да что угодно пусть продают. Цветы, шаурму… Только чтобы доступ в офис перекрыли. Выполняйте.

Артур прячет телефон в карман и говорит, глядя поверх Исаевой.

– Все. Нет у вас больше ипподрома. И офиса нет, – он подмигивает Данилу с Давидом, и те радостно улыбаются в ответ.

До нее наконец-то доходит, что это не шутка. Бледная как стена, она встает с урны и понуро бредет к воротам. Не успевает дойти до калитки, как из сумочки раздается звук рингтона, и Исаева выуживает из нее мобильник.

– Пусечка… – беспомощно лепечет, – в садике, да. Ванечку забрала… С чего ты взял, не знаю я никакого Тагаева…

Как только она выходит за ворота, Артур сразу же теряет к ней интерес. И тут мимо меня проносится вихрь и впечатывается в его колени.

– Артур! Ты приехал, и мы идем есть мороженое?

Он ошалело разглядывает вихрь, оказавшийся моей дочкой. И его тоже…

– Старшая сестра! – восклицает он, а я…

Я явно перенервничала, и мое взбудораженное воображение разошлось не на шутку. Потому что мне кажется, будто Тагаев очень обрадовался Дианке.

Он присаживается возле нее на корточки, но тут же его лицо мрачнеет.

– Сегодня у меня вечером встреча, а вот завтра мы точно сможем пойти.

– Завтра не могу, завтра концерт, – грустнеет моя маленькая девочка. – Я пою.

– А я могу посмотреть? – спрашивает Артур, и на ее щечках вспыхивает румянец.

– Тебе правда интересно?

– Конечно, – очень серьезно отвечает Артур, – конечно интересно. Это же ты поешь! А сейчас мне надо отвезти маму…

– Маму? – сразу навострили ушки мои сообразительные детки.

– Вы возите маму? – переспрашивает Данил. Давид, не дождавшись ответа, с торжествующим видом смотрит на меня. И даже не думает скрывать ликование.

– Значит, мама замуж за Диму уже не идет?

* * *Конечно, с его стороны было бы слишком самонадеянно думать, что эта красивая девушка с потрясающими кошачьими глазами ни с кем не встречается.