Мне тотчас захотелось, чтобы одна из гончих укусила Эдуарда за королевский зад, но псы остались равнодушными к моим желаниям.

– Но ведь я тоже должна была участвовать в этом!"

"– Кто тебе сказал? Достаточно было твоей привязанности, – спокойно ответил его величество.

– То есть ты просто воспользовался моим к тебе отношением? – сейчас я гнала от себя мысли о том, что чувства мои не являлись для Эдуарда тайной. – Тебе не кажется, что друг так бы не поступил.

Я задрала голову и разглядывала лепнину на потолке, чтобы его величество не мог прочитать по выражению лица, что я сейчас чувствую.

Внезапно мне на плечи легли горячие ладони. Развернув меня к себе, Эдуард заглянул мне в глаза.

– Я давно тебе не друг, Амелия. И ты это знаешь, но если ты хочешь, я тебе об этом напомню.

Его взгляд опустился к моим губам, заставляя их покалывать, но я все еще злилась.

Эдуард, который клялся, что никогда не будет мне врать, почти сдержал слово. Он просто не рассказывал мне правду.

– Что это был за ритуал? – холодно спросила я.

– Уверена, что хочешь знать? – Эдуард погладил мою щеку кончиками пальцев.

– Я жду.

– Ноцце Веро, Амелия.

Как бы ни был плох мой древнелидванский, а перевести эти слова я уже вполне могла. Истинное венчание.

Глава 60

Повисло тяжелое молчание.

Так ранить мог только он.

Я бы ожидала подобного поступка от кого угодно, например, Сарда и глазом не моргнул. Сделал бы, если бы это было в интересах Идерона.

Но Эдуард…

– Только не говори мне, что этот необратимый ритуал привязал меня к тебе, – угрожать королю было недопустимо, но я не выдержала. Даже мое сердце стало биться медленнее в ожидании ответа.

– А ты бы этого не хотела? – Эдуард открыто встретил мой взгляд.

Ни сомнений, ни угрызений совести. Власть все-таки портит людей. Это так не похоже на того Дуду, с которым мы прятались в секретных местечках дворца и откусывали от одного яблока.

– Не увиливай, Дуду. Привязка есть?

Среагировав не то на мою интонацию, не то на мои эмоции, гончие подобрались и, цокая когтями по паркету, подобрались ко мне ближе.

Кажется, я еще ни разу в жизни не пренебрегала протоколом так сильно. Всех моих наставниц в пансионе выкосил бы инфаркт. Полным составом. Я не только фамильярно обращалась к королю, это мелочи, не впервой, в конце концов, он сам дал мне такое право.

И у меня были на то причины.

У меня шумело в ушах, и кончики пальцев горели от подступающей магии, готовой выплеснуться.

– Отчасти, – после очередной паузы, наконец, признал Эдуард.

– Отчасти? Что я тебе сделала? – я разглядывала одного из самых дорогих мне людей и не могла поверить своим ушам.

– Почему ты так остро реагируешь? – он смотрел на меня, как будто ничего из ряда вон выходящего не произошло.