Не знаю уж, у кого как, а у меня такого рода попытки пробудить ревность и «соревновательность» вызывают только раздражение и желание послать куда подальше. Впрочем, ладно, потанцую. Один хрен пьяный, ха-ха.

Под медленную музыку все шло достаточно неплохо (ну, на мой взгляд, не знаю уж, что там Ичасо по этому поводу думала), а вот когда мелодия сменилась на что-то быстро-ритмично-зажигательное, мои неловкие движения вызвали у партнерши сначала смех, а потом и раздражение. Причем, кажется, не шутливое, а самое натуральное. По крайней мере, насмешки стали весьма злыми и едкими, что, в свою очередь, вызвало злость уже у меня.

Которую (не в последнюю очередь благодаря алкоголю) я не слишком усердно скрывал. Возвращаемся за столик недовольные друг другом.

– Знала бы, что ты такой неуклюжий, пошла бы с тем мобстером танцевать.

Короткий хохоток в конце фразы вроде как подразумевает шутку, но у меня настроение уже испорчено, да и количество выпитого не располагает к сдержанности.

– Ну так в чем проблема? Вон он сидит! – киваю в сторону блатной компании. Ичасо зло поджимает губы и встает. Блин, неужели и правда к ним пойдет? Сама же говорила, мерзкий тип…

Нет, опять скрылась в направлении дамской комнаты.

Что-то я разнервничался, надо бы успокоиться. Блин, все с этого хмыря началось, разозлил меня…

А хмыря-то, кстати, уже и нет. По крайней мере, я его не вижу. Зато от их компании отделилось другое тело и направляется прямиком ко мне. Блин, этот еще отвратнее. Первый хоть впечатление какого-никакого авторитета производил, а тут явная сявка. Мелкий, тощий, вертлявый. Ну и чего ты ко мне прешься, уродец?

– Ауе, земеля!

– Привет.

– Давай к нам, поговорим, че-кавэ…

Ё-мое, неужели с первого раза непонятно?

– Нет.

– Да ты че, братан? От сердца же предлагаем.

– Не, дружище, настроения нет сегодня.

– Че, пацанами брезгуешь, че ль?

Ясен пень, брезгую. Какой нормальный человек вами, уродами, не брезгует?

– Я же сказал, настроения нет. Со слухом плохо?

Вертлявый подался вперед, почти нависая надо мной. Глаза у него какие-то… странные. То ли обширялся, то ли с головой реальные проблемы.

– Че ты сказал?! Тебя пацаны как человека за стол приглашают, поговорить, а ты брезгуешь?! Ты кто такой вообще?!

Сука, да как же ты меня достал, ушлепок! Капли слюны, вылетевшие изо рта вертлявого вместе с криком и попавшие мне на руку, окончательно срывают планку.

– Иди на хер!

Подскакиваю, стул с грохотом отлетает в сторону. Урка, отскочивший было назад, резко подается обратно.

– Че ты сказал, падла?! Да я тебя!..

Рука вертлявого дергается ко мне, и я практически на автомате бью его в скулу. Удар выходит так себе – толчок, скорее, но противник падает на пол, опрокидывая при этом стул Ичасо.