Беспокойная, встревоженная, она сравнила кухню, в которой сидела, с той, в которой выросла… ведь хотя прошлое накрывало ее тоской, лучше так, чем беспрестанно пялиться в телефон. Здесь вся мебель была новой, и комната была другой планировки. Рюкзак Терри лежал на столешнице в углу, возле стационарного телефона, которым никто не пользовался, наверняка он вообще был отключен. Возле двери в гараж стояли кроссовки — мужского размера, рядом с зимними ботинками — на маленькую девочку. Среди коробок с хлопьями были всевозможные варианты от «Cap’n Crunch» до «Frosted Mini-Wheats», а возле тостера лежал цельнозерновой хлеб со специями и авокадо вместе с яблоками — во фруктовой чаше.

Если бы мама жила здесь, то мусор бы давно убрали, телефон — подключили, а хлопья и каши заменили органическими фирмами без добавления сахара взамен разрекламированных брендов.

Эль, ее сестра и отец переехали в этот двухэтажный дом из 90-х примерно полтора года назад, и на этой улице проживало много семей. Как и в ее прошлом доме, в теплые месяцы на передних лужайках, постриженных хозяевами домов, а не каким-то крутым газонным агентством, в солнечных лучах купались велосипеды.

Сейчас было холодно, близилось Рождество, поэтому кусты украшали красно-зеленые огни, а с водостоков свисали сосульки.

Почти то же самое.

И при этом совсем другое.

Забавно, она всегда думала, что семьи на их прошлой улице жили идеальной жизнью. Сейчас казалось, что жизнь идеальна у всех, кроме нее.

Особенно после ее косяка прошлой ночью.

По крайней мере, Терри все еще спала в своей комнате наверху. Если бы Эль пришлось созерцать болтушку этим утром? Не поздоровилось бы никому.

Эль посмотрела время на мобильном, гадая, сколько еще отец будет тренироваться в подвале.

Ей нужно поговорить с ним до того, как проснется Терри. Он занимался на велотренажере «Пелотон»[12] четыре раза в неделю… и на ее удачу, сегодня выпал день тренировки.

Тук, тук.

Стук ее коротких ногтей по столу навел на мысли о семейном ужине. Одна из причин, почему отец крутил педали в подвале, упражняя сердце каждое утро — потому что он хотел каждый день в шесть вечера быть дома к семейному ужину. Они всегда ели за столом на четыре персоны, один стул всегда оставался пустым… и Эль почти перестала обращать на него внимание.

Папа лишь раз пропустил трапезу — когда был вынужден присутствовать на деловом мероприятии.

Ну и вчера, добавила она, из-за свидания.

По крайней мере, вчера папа вернулся поздно. Он заглянул в ее комнату после одиннадцати, она притворилась спящей. Она еще не была готова к разговору, нужные слова еще формировались в ее голове, солдаты отказывались становиться в строй. Очевидно, он не догадывался, что она натворила, «БМВ» вернулся в гараж, а Терри спала, закрыв свой заботливый рот на замок.