Я опешила от этого предложения, но четырнадцать суток не высовывалась наружу. Потом Петр вручил мне паспорт, свидетельство о рождении ребенка и другие документы. Он положил их на стол и сказал:

– Лена Рыбина из деревни Дворянкино…

Я онемела, Аристов продолжал:

– Ну, ну, отомри. Неужели ты думала, что я не проверил тебя со всех сторон? Право, это смешно и наивно. Конечно, я навел справки о девочке, которая мне сразу понравилась.

– Но… почему… – забормотала я.

– Раньше я не сказал тебе, что знаю всю правду? – улыбнулся мой лучший друг. – Не хотел тебя смущать. Зачем? Но сейчас настало время для откровенной беседы. Когда-то ты похоронила Лену Рыбину и превратилась в Сталину Маратову. Человеку трудно надеть на себя новую личность, кое-кто в именах путается. Но я в тебе уверен. Ты ни разу не оговорилась, не выдала себя, ты талантливый разведчик-нелегал, стала Сталиной. Кстати, мне безразлично, кто ты: Рыбина, Маратова. Мне важна и нужна ты. Имя ерунда. Тебе теперь предстоит новая трансформация. Отныне ты станешь Ксенией Федоровной Бузурукинской, дочку твою будут звать Елена Петровна. Ее отец, Петр Олегович Волков, погиб, вот все бумаги. Брак у вас был гражданский, зарегистрировать отношения вы не успели. Он на свою фамилию дочку записал. Изучи содержимое папки, там разные бумаги, в их числе документы на квартиру. Она без долгов, коммуналка оплачена до зимы.

Я его слушала и ушам своим не верила. Когда Петр Робертович договорил, я воскликнула:

– Как у тебя все так здорово получилось?

Откровенного ответа я не ожидала. Петр всегда, если я, по его мнению, задавала излишне много вопросов, отшучивался: «Любопытной Варваре на базаре нос оторвали». Да и не вопрос я тогда задала, восхищение так выражала. Но Аристов отреагировал не так, как обычно.

– Ты уже взрослая, пора нам поговорить.

И рассказал, что он с друзьями выручает тех, кто попал в беду. Они создали кооперацию. Слово это потом почти ушло из обихода, а в советские годы его часто произносили. Он привел мне в пример такой случай. Недавно в семье уважаемого советского чиновника произошла трагедия. Из окна квартиры выпал его четырнадцатилетний сын. Мальчик разбился насмерть. Но на этом несчастья не закончились. Спустя некоторое время после похорон подростка случилось новое горе. От тяжелой болезни умерла старшая дочь, которой недавно исполнилось двадцать. Правда ужасно?

Я кивнула, а Петр продолжил:"

"– На самом деле в этой версии не все правда. Сестра и брат активно конфликтовали, скандалы у них доходили до драки. Заводилой всегда была сестра. Мальчик родился, когда ей исполнилось шесть лет, новорожденному мать и отец уделяли больше внимания. Девочка заревновала, возненавидела брата, отношения с возрастом становились только хуже.