Сонечка, я дышу интригой, это моя стихия. Меня и звать не надо, я сама напрошусь.

— Значит — соглашаться.

— Хочешь чего-то доказать? — слабо усмехнулась Диана. — Тоже мне, Дон Кихот выискался. Подумай еще немного…

«Дон Кихот» после «слабых коленок» добил меня окончательно — ну что за мерзкий характер, вечно все из меня наперекор лезет! — и решительно тяпнув из наполненной Дусей рюмки, сказала:

— «Безумству храбрых», это про меня.

Несколько лет назад в нашем городе построили первую высотку — двадцать семь этажей из красного кирпича плюс пентхауз, напоминавший снизу плоскую коробку из-под торта «Птичье молоко». Снизу пентхауз казался лилипутским, насквозь стеклянным домиком для игрушек. Эфемерным и несерьезным."

"На самом деле современные Карлсоны обустроили свою крышу с пятизвездочным шиком. Отвечаю за каждую звезду, поскольку имею право судить, — меня десатировали непосредственно на крышу. С полным набором «итальянских» чемоданов, вызубренной легендой и толстой тетрадкой в клеточку, в которую я, как всякий путный детектив собиралась поименно заносить фигурантов, их привычки, несуразности и подозрительные странности. Позже, эта тетрадка предполагала быть украшенной хитроумными схемами, стрелочками и вопросительными знаками. Но в первый день я лишь начертила схему непосредственно жилища. (Дабы детектив не запутался в дверях и коридорах. Не перепутал спальни и не бегал вместо туалета в кладовую.)

Так что, следствие я начала с дома.

Пентхауз и весь последний этаж целиком Кутепов выкупил еще три года назад. На крыше он поселился с женой, дочерью, сыном и его няней, «подвал», то есть две объеденные трехкомнатные квартиры на двадцать седьмом этаже отдал родственникам по линии первой жены Елены — семье Стрельцовых. После всех «апрельских» несчастий Михаил Петрович решительно превратил свой дом в неприступную крепость. У жильцов пентхауза имелся отдельный лифт, черная лестница оканчивалась железной дверью на двадцать седьмом этаже, заселенном исключительно доверенными людьми. Еще одну, купленную в расчете на замужество Ренаты двухкомнатную квартиру сдавали знакомым второй жены Михаила Петровича — Хорским.

Побегав по закоулкам «подвала» и крыши и начертив план, я, буквально сразу пришла к мысли — стащить отсюда что-либо, включая пистолет, практически невозможно. Если ты не свой.

Придя к такому выводу, я засела за клетчатую тетрадочку и принялась скрупулезно вносить в нее данные.

И так. Хозяин крыши — Михаил Петрович Кутепов. Крупный, лысоватый мужчина лет пятидесяти, настоящий полковник. Ретроград. Как подозреваемый — абсолютно бесперспективен.

Его новая жена — Бьянка.