Но спросить ты хотела что-то другое?

В глазах моей девушки вспыхивает сильное смятение, словно та уже долгое время хаотично над чем-то размышляла, а теперь решилась выплеснуть это."

"— На тебя заглядываются многие барышни, уже давно. А после теракта даже Камила ластится к тебе, как кошка по весне, вопреки своему гордому характеру, — с тревогой в голосе произносит Лена. — Девушка она впечатляющая: красивая, влиятельная, с двумя Дарами. Поэтому, если ты решишь, что наши отношения тебе в тягость, я пойму.

— Неа. Не поймешь, — усмехаюсь.

— Что? — хлопает она глазками.

— Как можно понять предательство? — пожимаю плечами. — Я бы не понял.

— Но…

— Тссс, — Она тут же обрывается на полуслове. Я поднимаю руку и глажу ее по волосам. — Ты моя до тех пор, пока верна мне. Понятно?

— Да, — кивает она, и глаза у нее загораются благодарным огнем.

Тут и автобус подъезжает. Мы садимся и общаемся на позитивные темы. О том, как Лена недавно подняла дома тяжелый ткацкий станок одной силой мысли. О том, что она обежала все библиотеки в городе и нашла целых три книги по магнетизму. О том, что Шарик недавно притащил домой из леса здоровенный рельс.

Теперь не знаем, куда девать его, и не нужен ли он Лене попрактиковаться?

Когда останавливаемся на Байкальской, я прощаюсь с Леной и выхожу. Здесь, недалеко от центра города, расположена секция классического дуэльного фехтования. Мне надо научиться хотя бы азам мечевой рубки. Это поможет лучше владеть пси-клинком. Я уж молчу про то, что каждый дворянин умеет сражаться на мечах. А мы куда стремимся? Правильно, к вершинам.

Поднявшись на пошорканное крыльцо, открываю дверь и пересекаю узкий коридор.

Сразу за ним небольшой спортзал, застеленный лакированными досками. Несколько парней рубятся текстолитовыми палками. Внимательно вглядываюсь в бойцов. Из защиты — маска, стеганая защита корпуса, защитные перчатки. Неплохо.

— О, к нам гости, Николо! — стук мечей перекрывает смеющийся крик.

Только сейчас замечаю, что что на скамейке у стены сидят трое смуглых парней. У одного в ухе горит золотая серьга. Цыгане. Лишь бы не из Ловарей. Не хочу заниматься вместе с наркоторговцами.

Парни встают и вразвалочку двигаются ко мне.

— Кто такой будешь? Зачем заглянул? — спрашивает цыган с серьгой. Лет ему двадцать, может.

— Даниил, — спокойно отвечаю. — Пришел заниматься фехтованием на мечах.

Парни переглядываются, а потом разряжаются наглым смехом.

— Поздно ты решил заниматься воинским делом, русский, — угорает Сережка, буду его так звать. — Мечник должен взращивать свое мастерство с яслей. Но я, так и быть, позволю тебе приобщиться к настоящему мужскому ремеслу….если ты унизишься в последний раз и поцелуешь мою подошву.