Снова, как в самую первую встречу, как всегда впоследствии, его нахождение рядом ощущалось слишком остро.

Я бессмысленным взглядом смотрела, как ветер гуляет среди пожухлой травы, лениво переваливая с места на место первые опавшие листья. Чувствовала себя при этом такой же умирающей, как тот самый лист, сорвавшийся с дерева в неизвестность.

— Ника… — проговорил наконец Артем. — Я знаю, что заслужил твое презрение. Но я… очень хочу, чтобы ты поняла меня.

Понять его?.. Разве он сам не сознавал, что невозможно понять и принять то, что он ударил по самому больному месту?

— Я ехала к врачу, — проговорила глухо в ответ. — Знаю, что ты был бы против, но я уже была готова на самые отчаянные меры. Думала, что, в крайнем случае, мы можем рискнуть и пойти на суррогатное материнство. Лишь бы… лишь бы у нас наконец появился долгожданный ребенок! Тема! Я же всю жизнь тебе отдала! За что ты так?..

Я заметила, как он сжал кулаки, выдавая тем самым свое отчаяние, которое никогда бы не признал вслух.

— Я не прошу понять мой поступок — ему нет оправдания. Прошу лишь понять, почему я тебе не признался.

Я подняла на него взгляд. Последнее, что мне было нужно — это выслушивать его оправдания. Но не слушать я почему-то не могла.

— Ника, я как тебя никого не любил, — выдавил он с видимым трудом. — Ты ведь знаешь… И страх потерять тебя буквально отключил мне мозги. Я знал, что ты подобного не простишь.

Он вдруг подался вперед. Аккуратно забрал из моих рук стаканчик с кофе, поставив его рядом. Накрыл ладонями мои и с молчаливой мольбой сжал.

— Не могу, не хочу верить, что все вот так закончится. Из-за какой-то одной ошибки! Не могу тебя отпустить…

Он сжал мои руки сильнее, почти причиняя боль. Впрочем, не столь сильную, как его слова.

— Мы же столько прошли вместе, — продолжал он говорить. — Неужели это ничего для тебя не стоило?..

Я резким движением выдернула свои руки и встала.

— Стоило, — откликнулась с горечью. — Это стоило мне всего — любимой работы, друзей, здоровья. А в ответ я не заслужила даже твоего доверия.

Стянув с себя плащ, я кинула его Артему. Но он отбросил его прочь, поднявшись следом за мной.

— Я тебя не отпущу, — повторил твердо.

Поразительно, но его настойчивость, когда-то меня покорившая, теперь пугала. Вероятно, потому, что стала отныне нежеланной.

— Урок номер раз, Орлов, — проговорила я устало. — Не все в этой жизни решаешь только ты.

И пока он переваривал это заявление, я быстрым шагом пошла прочь.

* * *Машина обнаружилась на парковке с западной стороны парка. Я занырнула в салон, только теперь ощутив себя в безопасности, словно простой кусок железа мог отгородить меня ото всего плохого, оставшегося снаружи.

Артем на этот раз за мной не пошел. И это, наверно, было к лучшему.