— Меньше знаешь, крепче спишь! И вся твоя жизнь, принцесса, это подтверждает.

— Хватит! Я… тебя… услышала…

Смахивает Лея слёзы, цепляя на лицо каменную маску и упираясь взглядом в точку вдали.

Интеллигентный посыл звучит не хуже отборного мата, но так даже лучше.

К херам её помощь!

Мне не нужна подельница…

Мне нужна женщина вне этой грязи!.. Осталось только её из неё вытащить и отмыть, чем я сейчас и занимаюсь!

Возвращаюсь к прерванному процессу, приподнимая голову Кремнева. Никаких посторонних предметов. Сдвигаю её в сторону, осторожно стираю набежавшую кровь скомканным бинтом и обнаруживаю в днище ниши маленькое отверстие, закрытое изнутри пластиной из того же самого металла, что и сам короб.

Заострённый штырь?

— Лея, заведи мотор.

Молчание, но когда я собираюсь попросить её уже совсем другим тоном, она выполняет просьбу.

Ничего.

Хм…

Смещаю тело так, чтобы над злополучным отверстием оказалась правая сторона шеи Кремнева.

Закрываю крышку.

Жду около минуты и открываю её вновь.

Всё без изменений.

— Заглуши мотор.

Повтор действий.

Для чистоты эксперимента можно было бы подождать подольше, но через пять минут я пытаюсь открыть крышку и ничего не выходит.

— Заведи ещё раз, Лея.

С силой прикасаюсь рукой к сиденью, имитируя свою посадку и крышка начинает подниматься самостоятельно.

Угу…

Понятно…

Осматриваю я повторно пробитую насквозь шею с небольшой, но вполне заметной круглой раной.

— Ну что ж, Николай, с этого и нужно было начинать. Скрытые приспособления, порой, могут здорово повлиять на качество жизни. И спасибо, что продемонстрировали на себе…

Опускаю крышку, аккуратно стягивая перчатку и запихивая в неё же пропитанный кровью бинт.

— Планы меняются, принцесса. Выходи!

Остаётся на месте.

— Я не останусь здесь одна, — с вызовом заявляет она.

— Если я скажу, останешься.

Жмурится, словно это поможет ей сдвинуть время назад и заставить меня отказаться от только что сказанного.

— Выходи, — повторяю я, но она поднимает руки, хватаясь за руль с такой силой, что я вижу, как на моих глазах белеют её костяшки.

— Я поведу.

— Да неужели?

Делаю глубокий вдох, поднимаю аптечку, запихивая туда перчатки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Выбираюсь на воздух, с удовольствием выдыхая.

Новогодняя, мать её, ночь…

Чудеса…

И мой вредный, упертый подарок…

Перебираю в памяти встречи Нового года за последние несколько лет.

Ярко, броско, дорого…

Не задумываясь, променял бы их все на любую дыру, но с ней!

Нет, не любую…

На свой дом.

А ведь ёлку уже доставили и установили, вспоминаю последние указания по декору гостиной.