Мне надо, — весьма настойчиво продавливает своё желание принцесса.

— А если закружится голова или слабость?

Зависает, простраивая гипотетическую ситуацию.

Ну же, детка, скажи, что сразу же позовешь меня, а лучше пригласи побыть рядом.

— Я выключу воду и сяду на пол.

Техника безопасности, мать её!

— А дальше?

— Дождусь, когда станет лучше.

— Лея… — начинаю закипать я.

— Ну, конечно же, я буду кричать так, чтобы вы услышали и опять меня спасли, — слегка раздосадовано поджимает губы она, отводя взгляд в сторону.

— Это проблема? — с ухмылкой приподнимаю я бровь.

— Это осознание, что одна я ни на что не способна, — подносит кулачок к лицу, зажимая им рот.

— Не всё сразу, принцесса. Способности дело наживное. Пошли.

Делаю шаг к кровати, решая повторить то, что делал с ней ночью, когда на руках относил её в туалет.

Да, потому что до одури хочу ещё раз почувствовать её такую… настоящую… без намертво стертого запаха кожи.

— Я сама, — в лучших традициях упёртых феминисток, выдает принцесса, соскакивая с кровати и ощутимо пошатываясь.

— Сама ты будешь тогда, когда сможешь твердо стоять на ногах, — не даю ей даже опомниться, подхватывая на руки, прямо во всё ещё накинутом на плечи одеяле. — В прямом и переносном смысле.

Да и тогда, принцесса, под моим строгим контролем, — добавляю я про себя, делая глубокий, долгий вдох, заполняя лёгкие провокационным афродизиаком.

Не сопротивляется.

Только прячет глаза за своей, начинающей бесить меня чёлкой.

Опускаю её на коврик перед душем, сдергивая импровизированную мантию и оставляя Лею лишь в полупрозрачном кружеве, слегка прикрывающем ягодицы.

— Я принесу полотенце и халат. Если станет хуже, зови, — ещё раз напоминаю я ей, а себе приказываю быстрее выметаться, потому что желание смять её в руках, прикусить кожу на плече и сделать своей окончательно зашкаливает по всем мыслимым и немыслимым показателям.

Обещанные халат и полотенце я зашвыриваю в ванную не глядя, отправляясь разделаться с гребаной курицей.

И жду ещё почти час, пока Лея, наконец-то, выходит из ванной.

— Это быстро? — идеально вписываюсь в роль раздражённого мужа.

— Я решила помыть волосы, а то когда ещё получится, — как ни в чем не бывало, отбривает она меня, поправляя свою идеально уложенную стрижку.

— Кстати, о причёске. А ты не боишься, что у тебя будет косоглазие? — задаю я давно заготовленный вопрос.

— От чего? — непонимающе уточняет принцесса.

— От того, что твоя челка постоянно закрывает правый глаз.

— Нет, не боюсь, — обиженно надувает губы.

— В смысле, косоглазие тебя не беспокоит?

— А смысле, мне так комфортно.

— И увидеть оба твоих глаза без шторки из волос на одном из них — это чудо?

— Нет, привилегия.

— Давай, я не буду спрашивать, у кого она была.