Нет!

Мне нужен холод!

Отворачиваю кран до предела и морожу пальцы не меньше минуты, хоть немного сбивая беснующуюся тревогу.

Почему они так долго?

Все важные моменты уже можно было бы обговорить сто раз.

Раздраженно хлопаю по рычагу крана.

Наивная мечта понежиться в ванне идёт на хрен!

А с чего я вообще дёргаюсь?!!

Потому что боюсь…

Боюсь потерять тот мир, который сотворил своей близостью для меня Таир…

Несмотря на всю эту жуть вокруг, ко мне наконец-то вернулась яркость красок… Та, которая была до смерти родителей.

Моя интенсивность чувств!

Хочу дождаться завершения кошмара и насладиться ими в обычной жизни!

С ним!

Бессовестно хочу его навсегда и только для себя!

Быстро возвращаюсь в комнату, бросаясь к выходу.

Нужно придумать какой-нибудь нелепый предлог и нагло вмешаться в их беседу.

Но перед самой дверью рука зависает в нерешительности, так и не опустившись на ручку.

И что он подумает?..

Что я истеричка-прилипала?

Одна из тех, на кого я часто смотрела свысока и даже с лёгкой долей презрения, считая, что вот у нас-то с Андреем полная гармония и доверие…

Сглатываю рвотный позыв, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и опираясь о дверь спиной.

Но если отбросить его влечение ко мне, я ведь просто обуза…

Провожу по лицу ладонями, вспоминая свой дикий страх перед тем, как ступить на карниз.

А если бы я не смогла?

У меня даже нет сомнений, что он вернулся бы за мной.

Не оставил.

Но как быстро ему надоест возвращаться?

Подхожу к кровати, присаживаясь и подбирая под себя ноги.

Делаю глубокий вдох и такой же выдох.

Я…

Должна…

Быть…

Сильной…

Чтобы рядом… а не за ним…

Таир

Медлю ещё минуту и толкаю дверь.

Лея в позе лотоса на кровати.

Глаза открыты, но во взгляде нет того света, который в нем был, когда она уходила.

Сейчас там мгла и тревога.

— Что-то случилось?

— Это ты мне скажи? — не сдвигаясь с места, холодно отвечает она.

— Дашь ориентир? — приподнимаю я бровь, внутренне напрягаясь.

— Ваш разговор с Яшей. К чему вы пришли? — продолжает она выбранный морозный курс.

— Просто обсудили способ побега. Мне нравится. У него есть возможности провернуть это без лишнего шума и, что важно, не засветиться самому.

— Ты именно поэтому стоял перед дверью и так долго в неё не входил? — окончательно припечатывает она меня своим ледяным взглядом.

Вот ведь ушастая проныра!

— Эй, детка, — бесцеремонно плюхаюсь рядом с ней на кровать, мягким рывком перетягивая к себе на колени. — Если я называю тебя принцессой, это ещё не значит, что ты должна себя так вести.

На миг она смущается, но почти сразу возвращается к прежнему воинственному настрою.

— Прости. Наверное, это частично обида за то, что меня… отстранили… А ещё… у меня только один вариант объяснения того, что ты застрял перед дверью.