Или, может того, кто был организатором? Я обещаю, что в этом случае просто передам тебя в руки сотрудников правопорядка. И всё.

И все?! И все?! За то, чего я не делала?!

Я смотрела на бывшего жениха, окончательно переставая его узнавать. Казалось, что от того нежного и ласкового мужчины, которым он был когда-то со мной, и следа не осталось. Будто в нем что-то надломилось, а вся человечность бесследно исчезла.

Наверное, с кем-то другим, он еще может вести себя сносно. Со своей женой, например? Он ведь женат? Должна ведь быть у Пуговки мама?

Но ясно было одно. Эти пять лет безвозвратно поменяли моего Роберта. Теперь это совершенно чужой, незнакомый мужчина.

Эти пять лет и меня поменяли. Я уже далеко не та наивная глупая девочка, заглядывающая в его глаза с обожанием и восхищением.

Однажды разбитое в дребезги сердце дорого стоит. Я собирала себя по кускам, сшивая воедино ошметки души. Теперь я никогда больше не смогу полюбить. Браво, Самиров. Ты великолепный учитель.

– Мне нечего тебе рассказать… – насупилась и отвернулась к окну. Ну не придумывать же теперь нужную ему «правду»!

– Ладно! – мужчина взорвался. Поднялся с места и одним движением отшвырнул стул в стену. Тот тут же разлетелся на щепки.

Я вскрикнула. Боязливо поджала ноги и обхватила себя руками. Похоже следующей в стену полечу я…

– Тогда, может ты все же объяснишь мне, почему в твоей трубке миллионы исходящих звонков на номер одного из тех, кто непосредственно причастен к ПОХИЩЕНИЮ МОЕЙ ДОЧЕРИ?!

Склонился надо мной с поразительной ловкостью для такой массивной фигуры. Ухватил за шею грубыми пальцами.

Я зажмурилась, безмолвно читая молитву. Страшно. До жути.

– Ты что-то путаешь… – прохрипела. – Я никак не связана с похитителями. Я никому из них не звонила. Клянусь.

Раздраженно отпустил мое обмякшее тело, отшвыривая его на кровать.

Слезы защипали глаза. Еще никогда в жизни меня так сильно не разрывало от противоречивых эмоций. С одной стороны, было обидно до щемящего сердца – какого черта я должна незаслуженно терпеть подобное обращение?! Но с другой стороны… – он отец. И, вероятно, души в своей дочке не чает. Очевидно, что на его месте любой бы рвал и метал, разнося в щепки каждого подозреваемого в похищении девочки.

Роберт достал из кармана брюк телефон. Мой. В чехле нежно-розового оттенка.

Что-то быстро нашел там, водя пальцем по светящемуся экрану и ткнул меня носом в мой же мобильник.

– Что тогда это? – осипшим от гнева голосом, переспросил.

Я, не моргая, смотрела на знакомые цифры.

Да. По этому номеру я звонила. И знала его наизусть.

Он принадлежит человеку, из-за которого я погрязла в долгах и нарвалась на коллекторов.

Но как он может быть причастен к похищению Пуговки?!

Отдышавшись, вскинула взгляд.