Чалкина допивает залпом бокал коньяка.

Отбираю у нее, не давая допить.

Засовываю в распахнутые от возмущения губы ей дольку лимона.

- Ты будешь так усердствовать, иконка в углу упадёт, Чалкина. Нагрешишь....

Саянов протягивает мне гитару.

- Давай.....

Сажусь напротив Чалкиной за стол.

- Чего сыграть? - смотрю ей в глаза.

- Ну что там у тебя по классике? ""Чайки стонут и гагары тоже стонут""... - вздергивая подбородок.

Пья-я-яная.....

Бью по струнам, рвано и чуть резковато выдавая ей совсем не ""чаек""!

Саунд: ""С любовью ваш, Эрих Мария"" - Иво, Нина Смит.

- ""...Я пишу Вам в ноябрь... - хрипло, с чувством и зло. - …Я пишу как болею без Вас, как не сплю... Что Вы бессонница моя и малярия...."".

А женскую партию выдает Зоя.

- ""Я пишу Вам на дно.... Я пишу Вам в ваш ад! Отпустите меня....Без сомнений и зла!..."" - чуть пьяно, артистично и глубоко.

А мы просто смотрим с Чалкиной друг другу в глаза не моргая.

Вот так.... Отношений у нас нет, но мы их выясняем!

Эх, где моя капельница?...

Глава 34 - Белая полоса

Вот не гад ли - такие песни петь? Я ведь снова могу поверить, что он это всё не просто так...

- Я не поняла! - заполняет собой дверной проем Валентина Ивановна. - Тихомиров, ты парковаться разучился? Совсем обалдел?! Снес двери!

- Аха-ха-ха!

Собаки нервно подрываются с мест. Зоя ловит их за ошейники.

- Свои. Нельзя.

- Это Чалкина виновата! - смешливо дразнит меня Тихомиров. - Впрочем, как и во всем остальном.

Возмущённо распахиваю рот для оправданий. Но остальные уже подхватив волну, рассказывают наперебой, что на самом деле произошло.

- Да это он меня спасал!

- От кого?

- ""И создал Бог кота! И научились люди в ужасе креститься!"" - смеётся Никита.

- Тьфу на вас.

Тётя Валя водружает большой торт собственного производства в центр нашего скромного стола.

- Ну, с днём рождения, Зоя! Желаю тебе... чтобы козлина эта села опять надолго, а тебе мужика хорошего.

- У меня смотри какие хорошие! Серёга и Вэл! - хвастается Зоя собаками.

- Я тебе про нормального, - забирает из рук Света налитый бокал коньяка. - Замуж тебе надо.

- Ой.... - морщится Зоя. - Чего я там не видела. Не хочу! Я классно живу. Сама себе хозяйка. Никого не обслуживаю, не перед кем не отчитываюсь. Занимаюсь чем хочу.

- А как же любовь?

- К черту. Не окупается.

- Твоё здоровье! - делает глоток тетя Валя. - А вы чё молчите, смотрит на мужчин. Нашли себе подружку! Ей детей рожать пора, она с вами до сих пор по подворотням носится. Ладно я, дура старая. Мне больше нечем заниматься.

- Ладно, Ивановна, не пыли, - режёт торт Тихомиров. - О-о-о-о... Это ж мой любимый!

Мы пьем чай. От горячего мне становится ещё пьянее.

И Тихомиров кажется все более искренним и даже раненым....

Со вздохом забираю телефон, недопитый коньяк и выхожу на улицу. Потому что папа звонит...

- Да?

- Чего отмалчиваемся, дочь? Я не услышал твоего положительного ответа.