С напряженным лицом он осторожно смыл шампунь с волос, и начал наносить кондиционер. Он продолжать качать головой, при этом сильно хмурясь.

— Эй, — сказала я, касаясь его подбородка. — Все хорошо. Правда.

— Я заглажу свою вину.

— Ты уже это сделал, — я прижала руку к его сердцу, ладошкой чувствуя, как оно бьется. — Ты выслушал мою историю, не осуждая меня. Рассказал, что тебя гложет. А это и так много, Мал. Правда. У нас все хорошо.

— Я заглажу вину еще лучше. Этого больше никогда, черт возьми, не повторится.

— Хорошо.

— Я серьезно.

— Я знаю.

Он бросил на меня недовольный взгляд и затем неожиданно улыбнулся.

— Я знаю, что подарю тебе. Уже довольно долго раздумываю над этим.

— Не нужно мне ничего дарить. Хотя вафли были бы очень даже кстати, я умираю с голоду.

Я закончила ополаскивать волосы и была готова выходить их душа.

— Ты получишь больше, чем вафли, — стоя сзади, он обхватил меня руками; его ладонь скользнула вниз, между моих ног. Легонько он начал водить пальцами туда-обратно по моим половым губам. — Для начала тебе тоже нужно кончить.

— Ладно.

Он усмехнулся, говоря мне на ухо:

— Так снисходительна, когда дело касается твоих оргазмов. Мне это нравится.

Я обернула руки вокруг его шеи и крепко ухватилась. Он поднес руку ко рту, смочил несколько пальцев. Затем один палец скользнул в мою промежность, дразня меня. По мне с головы до ног пробежались мурашки. Он медленно проник немного глубже, после чего вышел из меня и обвел контур входа, увлажняя половые губы. Он завел меня, как нечего делать, мое дыхание стало быстрым и поверхностным. Я выгнулась навстречу его руке.

— Энн, тебе нужно стоять ровно, — проворчал он на меня, положив руку мне на живот. Два пальца проскользнули внутрь, потирая какое-то место, вызывая восхитительные ощущения. — Ну, давай, ты ведь даже не пытаешься.

— Не могу.

— Придется. Я не смогу этого сделать, если ты будешь дергаться.

— Ох, — вздохнула я, когда его палец скользнул по клитору, посылая молниеносные ощущения по моему позвоночнику.

— Видишь? Из-за тебя я промахнулся.

То, как он любил дразнить меня, было как благословеньем, так и проклятьем. Он вытащил пальцы, оставляя меня незаполненной, и все его внимание сосредоточилось на клиторе. Он потирал его сразу с двух сторон, заставляя меня стонать.

— Стой спокойно.

— Я пытаюсь.

— Пытайся лучше, — он легонько шлепнул по моему лобку. Реакция последовала незамедлительно, мои бедра дернулись вперед. Никто прежде не делал такого. Казалось, будто каждое нервное окончание в моем теле было готово взорваться.

— Нравятся такие удары? — спросил он.

— Черт, — это было единственное слово, что у меня было.

Он промурлыкал что-то мне на ухо, и продолжил массировать мой клитор еще быстрее. Напряжение нарастало. Так близко.

— Мал. Пожалуйста.