Это один из секретных ингредиентов…

Ну не такой уж и секретный. Когда я варил «походную» уху, тоже всегда заставлял Таню натаскать мне бобырей. Они придают особый вкус блюду, только главное — надежно завернуть их в марлю, чтобы не разварились и не испортили внешний вид супа. А еще — столовая ложка спирта. Но это уже моя доработка. Придает изумительную остринку…

Эх, зря я не долистал меню до супов. Теперь еще и ухи захотелось.

Бефстроганов, к слову, тоже оказался выше всяких похвал. Соус был изумительный, говядина — отменная, да и пюре нежнейшее. Готовить в «Садко» и правда умели.

— К слову, я не знала, что вы еще несовершеннолетний, — улыбнулась моя спутница, отложив на время краба. — Никогда бы не подумала.

Я улыбнулся.

— Не вы одна. Я всегда выглядел немного старше своих лет. Ничего, в декабре уже смогу закатить настоящую взрослую вечеринку.

Она лукаво улыбнулась поверх винного бокала.

— Что ж, я это учту.

Занятно, конечно, все это получалось. А со стороны выглядело и вовсе экстраординарно. Я не сомневался, что нашей парочке уже перемыли кости все в «Садко» — от скучавших у бара одиночек, до пожилых семейных пар в соседнем зале и персонала.

Но следовало отдать публике должное, ни единого взгляда на своей спине я не ощутил и ни единого шепотка не услышал. С этикетом у местной публики проблем не было.

— Надеюсь, теперь я прощен, — сказал я, когда с едой было покончено.

— Я простила вас в тот момент, когда вы появились с те букетом на пороге бутика. И дело не в том, что цветы были роскошные. Мне был важен сам шаг. Поступки — лицо мужчины."

"Ага, но и от дармовой еды она отказываться не стала. Ай, ну и пусть. Хорошо же сидим. Да и встреча вот очень неожиданная случилась.

По крайней мере теперь ясно, что Зотов в городе. И он мог напасть на экспедитора.

Но если это он, почему же все-таки не залег на дно? Слишко это беспечно или даже безумно — продолжать вести себя как обычно после подобного.

— Что ж, я счастлив это слышать. Быть может, еще бокальчик? Или десерт?

— Если вы настаиваете…

— Конечно, настаиваю. Я не отпущу вас домой голодной!

— Что ж, для своих юных лет вы уже уяснили еще одну необходимую истину. Путь к сердцу женщины лежит через заботу.

Я давно это понял. Потому и старался так оберегать своих домашних и всех, за кого нес ответственность.

А Диана и правда растаяла. То ли вино подействовало, то ли краб оказался волшебным, но теперь она расслабилась. Впрочем, немало этому способствовало и то, что Зотов со своим неизвестным спутником расплатились и направились к выходу, откланявшись нам на прощание.

— Теперь точно можно десерт, — сказал я подошедшему официанту. — Владимир, почтенный, что порекомендуете для яркого завершения трапезы?

— Изумительнейшие лимонные пирожные, ваша светлость.