Это тот максимум, который я могу дать. Не заставляй меня переступать через собственные принципы.

– Аналогичная просьба, – тут же бросаю в ответ, вызывая его удивление. – Своими я не поступлюсь. На меньшее не согласна.

Тишина, отдаляющая нас друг от друга и показывающая, что мы сдались при первой же ссоре, неприятная до озноба, прокатывающегося по телу. Если что-то можно испортить одной ссорой, на самом деле и портить было нечего. И сейчас я как никогда понимаю, что лучше сразу, по живому, резко, больно, но вовремя. Пока не прирос к человеку, не вжился в него, не проник до такой степени, что разорвать связывающее вас, значит, лишить себя какой-то важной невосполнимой части.

Едва держусь, чтобы не разрыдаться. Максим, вероятно, приняв мою точку зрения, поднимается и молча покидает кабинет. Закрываю дверь на защёлку и сползаю по стене, бесшумно роняя слёзы. В моменты выяснения отношений с Даней я всегда корила себя за не вовремя сказанные слова, уверенная, что не произнеси я того или иного, не было бы размолвки. Но правда в том, что нужно говорить. С самого начала. Теперь я хочу, чтобы меня слышали. И пусть то, что будет сказано в ответ, тебя не устроит и подвергнет созданное разрушению, это случится раньше, чем ты уверуешь в иллюзию, которой не суждено сбыться.

Понимаю, что все мои мысли относительно Ворона были изначально верными, но, поверив и поддавшись чувствам, я попала в западню. Он купил меня заботой, когда я нуждалась в помощи. Купил нежностью, когда носил на руках, сжимал в объятиях и расчёсывал волосы. Купил, как мне казалось, искренностью, когда интересовался моими проблемами и задавал слишком много вопросов для человека, который уйдёт через неделю, забыв моё имя.

Мысли сосредоточены лишь на нём. Совершаю попытку убедить себя, что ничего не произошло, и Ворон повёл себя так, как и предполагалось, а Яна лишь ускорила этот момент, но ничего не выходит. Звоню Вере, чтобы сослаться на боль в ноге и уехать домой. Мне нужно немного тишины и одиночества. Бегу к лифту, быстро пересекая холл, чтобы не столкнуться с кем-то из соседнего офиса, или не встретить Марину или Аллу. Но на парковке меня ждёт сюрприз в виде Дани, сжимающего огромный букет и нацепившего самую милую улыбку.

– Лесь, привет! Это тебе, – словно мы находимся на стадии влюблённости, и цветы гарант моего расположения.

Вот только я пока дышу Максимом. Подобное я переживала, когда произошёл разрыв с Даней, собирая себя по кусочкам и восстанавливаясь. Но его я любила, мечтала о семье, детях… Неужели Ворон проник так глубоко?

– Что надо? – отталкиваю букет, желая как можно быстрее оказаться в своей квартире.

– Хотел тебя пригласить куда-нибудь. Место можешь выбрать сама.