Играя в мяч или в жмурки, или бегая наперегонки, она всегда выигрывала, а я после таких забав мечтала только об отдыхе. И все же мне нравились эти игры, нравилось всё, чего я была лишена много лет. Когда мы с сестрой жили в монастыре, там не разрешалось слишком громко смеяться и тем более -играть в мяч. А мяч - это было весело. Правда, Брюна больше любила гонять меня вдоль замковой стены, бросая мячом в меня - это называлось «подстрели зайца», и я скакала, как самый настоящий заяц, прикрывая лицо рукой, потому что бросок у дочери дракона был слишком крепким. И тряпичный мяч в ее руках больше походил на снаряд из пращи.

В субботу герцог Мастини снова отбыл по делам, и после вечерней службы женщины из замка Намюр как-то невзначай собрались в комнате Брюны, где я готовилась рассказывать о пятом путешествии Синдбада-морехода.

Появилась даже Ундиса - она принесла веретено и пряла не останавливаясь, пока я рассказывала о гигантской птице Рухх, погубившей целый корабль. Леди Фреда сидела здесь же, удобно устроившись в кресле, в ворохе подушечек, которыми обложили ее служанки. Брюна была довольна и требовала продолжения, пока бабушка не сделала ей замечание.

В воскресенье сразу после службы, когда мы сели за стол, чтобы позавтракать (потому что утреннюю службу полагалось посещать натощак), вернулся герцог Мастини. Брюна бросилась к нему, позабыв о вкусной булочке, которую только что намазала толстым слоем сливочного масла, но леди Фредегонда велела ей сесть на место, и девушка послушалась, хотя и с неудовольствием.

- Дай отцу сначала поесть, - резко сказала старуха. - Подарки никуда не денутся.

- Ты нашел розовый жемчуг для меня? - выпалила Брюна, когда герцог сел во главе стола.

- Нет, не нашел, - ответил милорд Тевиш, разламывая кусок хлеба, который предложила ему мать. - Придется тебе довольствоваться обычным.

- У-у... - протянула разочарованно Брюна.

- Посмотришь потом, - дракон кивнул на маленькую высокую корзинку, которую внес в зал слуга.

Брюна едва усидела до конца трапезы, а когда с завтраком было покончено, сорвалась с места.

- Брюна, - позвал ее отец, и она вернулась с полпути, подойдя к его креслу и подставив щеку для поцелуя.

Дракон что-то шепнул ей, и она хихикнула.

- Все, теперь я могу идти? - спросила она, и дракон кивнул.

Я тоже встала из-за стола, чувствуя себя скованно и неловко, потому что герцог смотрел на меня не отрываясь, и этот взгляд, словно что-то безмолвно требовавший, смущал меня невероятно. Поблагодарив за еду, я почти подбежала к Брюне, которая доставала из корзины подарки и ахала всякий раз, когда попадалась крупная жемчужина. Дочь дракона выкладывала их в миску, услужливо подставленную служанкой, и вслух мечтала, какое замечательное ожерелье получится - такого нет даже у королевы.