Надеюсь, Радмир не бросит Лизу, не бросит меня с малышкой… Как бы я ни старалась, но по щеке всё-таки скатывается горячая слеза, обжигая кожу будто расплавленный воск.

Машина резко тормозит и меня кренит вперёд. Прижавшись спиной к сиденью, трусливо прислушиваюсь к шагам. Дверь распахивается и на этот звук поворачиваю голову, всё ещё ничего не видя из-за плотной повязки на глазах.

– На выход, – командует мужской голос и я даже не успею что-либо ответить, как меня, схватив за капюшон шубы, почти волоком тащат на улицу.

На холодную промёрзшую сырую землю падаю прямо на колени. Опомниться не успеваю, ведь чужие руки врезаются подмышками и тянут вверх. Неуклюже ступая я иду вперёд. Каждый шаг даётся с трудом и про себя я молю Всевышнего о пощаде.

Меня приводят в сырое и холодное помещения. Чувствую, как изо рта выходит пар, растворяясь где-то в пространстве. Садят на стул, руки заводят за спину и привязывают к спинке, ноги тоже связывают. Облизываю губы, испытывая жажду. В горле першит и я кашляю до боли в висках.

Я не знаю, сколько проходит времени, когда у меня сдают нервы. Пыталась держаться, пыталась быть сильной, смелой, но не получается. Сердце трусливо стучит в груди, а по спине мелкими струями скатывается ледяной пот.

– Кто вы такие? Что вам нужно? – кричу в пустоту до тех пор, пока совсем рядом не раздаются тяжёлые шаги. Кто-то подходит очень близко и я даже со завязанными глазами чувствую на себе пронизывающий до костей колкий взгляд. – Вы хотите денег?

Наглая усмешка, слишком громкая, пугает до чёртиков. Я понимаю, выгляжу жалко, и надо мной смеяться можно сколько угодно, только зачем?

– И их тоже, Наташа. Сейчас позвоним твоему мужу и ты попросишь его сделать так, как нам нужно, – говорит низкий, прокуренный до хрипа голос, выдающий зрелого мужчину.

– Кому “вам”? Кто вы такие?

– Моё имя тебе ничего не скажет. Лучше не задавай вопросы, а делай так, как попросят, тогда останешься в живых.

Телефонные гудки эхом разносятся по помещению.

– Наташа, слава богу! – голос Радмира, такой родной, заставляет меня расплакаться. – Где ты, милая? Я тебя уже везде обыскался.

– Рад, меня похитили…

– Наташа, – выкрикивает муж и я чувствую, как удаляется его голос с каждой секундой, потому что похититель отходит от моего стула вместе с телефоном.

Небольшое затишье за которым следует короткий разговор. Я не слышу половины, лишь обрывки фраз проникают в моё туманное сознание:

– Готовьте документы и если захотите кинуть, то в живых свою бабу ты, Радмир, не увидишь.

Радмир

Неконтролируемый приступ ярости парализует разум. От злости хочется бить, крушить всё вокруг.