Красивые цветы и совсем не завяли за несколько дней, словно их только вчера срезали с клумбы."

"Уже перед самым выходом осматриваю своё отражение в зеркале. Ничего так. Джинсовые шорты сидят идеально, а белая майка симпатично облегает талию и подчёркивает грудь. Возможно в тридцать шесть надевать подобную одежду уже как-то поздновато, но мне плевать на это, откровенно говоря. Сейчас я в хорошей физической форме и прятать подтянутое тело под длинными сарафанами – это преступление, как мне кажется. Да и, если честно признаться, никогда я так не следила за собой, как за последние полтора года. И как не банально звучит, но именно благодаря концентрации внимания по уходу за собой и развитием дочери, я смогла пережить горе от утраты и не сойти с ума.

С приподнятым настроением выхожу из дома, даже по ступенькам сбегаю, желая поскорее встретиться с Лизой. На улице, оказавшись возле машины, примечаю розу на лобовом стекле, зафиксированную стеклоочистителем. Оглядываюсь. Хм… Вокруг никого, кроме дворника, но он так занят своей работой, что точно не стал бы заниматься подобной акцией – дарить цветы автомобилистам. Улыбаюсь, зарываясь кончиком носа в красный бутон.

Розу кладу на пассажирское сиденье спереди, а сама устраиваюсь за рулём. Руки тянутся к мобильнику. Но нет.

“Я просто посмотрю который сейчас час”, – глупо убеждаю саму себя.

Врубив на магнитоле музыку, тянусь к ключу зажигания и, совершив стандартный набор последовательных движений, заставляю железную лошадку сдвинуться с места.

Меньше чем через час оказываюсь за городом. Припарковав машину в том месте, где не смогу помешать движению и, подхватив с заднего сиденья пакеты, направляюсь к центральному входу в лагерь.

На территорию лагеря меня не пускают и просят подождать за воротами, пока Островской Елизавете из двенадцатого отряда сообщат, что к ней приехала мама.

Лизку примечаю ещё задолго до того, как она подойдёт к проходной. Волосы растрёпанные, футболка мятая… Уф. Но всё моё недовольство сходит на нет уже через несколько минут, когда я вижу перед собой здорового и счастливого ребёнка.

– Мамочка, – Лизка бежит мне навстречу и когда я, поставив пакеты на землю, распахиваю объятия, малышка запрыгивает на меня с разбега, как маленькая обезьянка на пальму.

– Как ты тут, моя хорошая? – целую везде, куда дотягиваются мои губы.

– Всё хорошо, – тараторит принцесса и, оказавшись стоять на своих ногах, принимается заглядывать в пакеты. – Так, а что тут у нас вкусненькое?

Пока Лиза исследует сладости и фрукты, я с замиранием сердца изучаю её лицо. Как она изменилась за эту неделю: загорела, щёчки округлились, появился румянец. Вроде бы не виделись всего лишь семь дней, но изменения заметны невооружённым глазом.