"Юлия Бонд

Стану тебе женой

Глава 1

Дрожащими руками пытаюсь удержать тест на беременность. Секунду назад появилась вторая полоска и в этот момент моё сердце замерло в груди.

Я не ожидала этого. Потому ошарашенно смотрю на положительный тест и не могу поверить глазам.

– Малыш… Я стану мамой, – вырывается из меня надсадным хрипом.

Радость. Боль. Отчаяние. Злость. Всё перемешалось.

Оттого меня душат слёзы, словно на шею накинули удавку и с каждой секундой затягивают сильнее, чтоб задохнулась наверняка.

В дверь стучат. Вздрагиваю. Испуганно зажимаю тест в кулаке.

– Наташа, у тебя всё хорошо? – спрашивает муж, находясь по ту сторону двери.

Хочу ему ответить “да”, но вместо этого странно хриплю и срываюсь на плач. А затем прикрываю рот ладонью, чтобы не реветь так громко.

Тщетно. Теперь меня накрывает настоящей истерикой.

– Наташа, открой дверь, – требует, но я не реагирую.

Вместо ответа, встаю с бортика ванной и становлюсь напротив умывальника. Включаю в кране холодную воду и подставляю ладони под тугие струи.

Тру лицо до красноты, надеясь, что таким способом получится скрыть следы от слёз.

Стук в дверь становится громче. Дёргается ручка. И я уже закончила умываться, но старательно игнорирую требования.

– Наталья! – рычит. – Открывай эту чёртову дверь, иначе я её вышибу.

И он вышибет. Снесёт с петель. Разрушит. Сломает! Уничтожит любую преграду на своём пути, как однажды уничтожил меня.

Делаю глубокий вдох носом. Выдыхаю через рот. На мгновение прикрываю глаза, пытаясь расслабиться, а потом, осмелев, шагаю вперёд и открываю дверь.

Он врывается внутрь словно ураган. Едва не сбивает с ног, заглядывает мне за спину.

Ищет что-то? Бесполезно. Ничего не найдёт. Я похоронила: себя, ЕГО и нашу любовь. И муж знает про это! Должен знать.

Взгляд переводит на меня. Изучает. Скользит глазами по всему овалу лица. Вдруг напрягается и о чём-то думает хмурясь.

– Ты плакала? – спрашивает спокойным тоном, но я же вижу, как его изнутри распирают недовольства.

– Я умывалась.

– Поэтому так долго не открывала мне дверь?

Киваю в ответ и он делает вид, что верит.

Рукой тянется к моему подбородку, указательным пальцем гладит ямочку посередине. Я отворачиваюсь, а затем и вовсе убираю его руку.

– Прекрати, – презрительно смотрю в глаза, – я ничего не забыла, Вова.

– Всё ещё страдаешь по своему Сташевскому? Наташа, очнись! Жизнь она здесь и сейчас. Хватит уже его оплакивать!

Я улыбаюсь через слёзы.

Больно.

Раздирает на куски.

И если бы ОН сейчас воскрес из мёртвых, я бы простила ему абсолютно всё!

А ещё… взяла бы его руку в свою и приложила к животу, чтобы почувствовал, как там внутри меня растёт плод нашей любви. Маленький сынок. Или дочка.