Но случилось непредвиденное…

По прибытии из своего увольнения Громов привез ему подарочную бутылку от некоего полковника Кикоть. Вернее, так сказал сам Громов, когда передавал ее. Майор запутался. Но на самом деле, за этой фальшивой фамилией скрывался совсем другой человек. Бутылка — всего лишь удобный предмет выступивший в роли подарка, ведь под криво наклеенной самодельной этикеткой было указание, но Ветров этого не понял. А ночью случилось то, что перечеркнуло ему всю дальнейшую службу в ВС СССР."

"Уже три месяца Антон Сергеевич пил каждый день, потому что не видел иного выхода.

Жизнь и служба зашли в тупик. Моральное состояние было ниже плинтуса. Семьи не было, а перспективы с дальнейшей карьерой практически скатились на самое дно. Антону недавно стукнуло сорок два года…

Вдруг противно затренькал старенький телефон. Давно нужно было его починить, да все техника не было.

Он звонил редко, не чаще пары раз в неделю.

Недовольно покосившись на пластиковый аппарат цвета слоновой кости, майор протянул к нему руку, но не рассчитал и по пути случайно зацепил бутылку «Столичной». Правда, внутри была не водка, а разбавленный спирт из лазарета.

Та перевернулась, содержимое полилось во все стороны, растеклось по крышке стола, закапало на пол и на одежду. Запахло крепким алкоголем. Выругавшись, Антон все-таки снял телефонную трубку.

— Д-да, слушаю, Ветров.

Сначала было тихо. Потом оттуда послышался спокойный голос.

— У тебя нечеткая дикция, Антон. Ты что, пьешь?

— А кто спрашивает?

— Ты знаешь, кто.

Ветров чуть протрезвел — узнал голос. Это был Алекс — тот, кто отдавал ему указания. Короткое прозвище это все, что ему было известно о собеседнике. Ни настоящего имени, ни фамилии, ни должности.

Просто Алекс.

— А-а… — скривился майор, словно от зубной боли. — Как ты меня нашел?

— Это не важно. Есть дело.

— Нет, — рьяно качнул головой майор, не рассчитав сил. — Я больше этим не занимаюсь.

Пару секунд было тихо. Затем тот же голос поинтересовался:

— Уверен? Подумай про последствия! Обратный путь только один…

Но Ветров был сильно пьян и думать ему не хотелось от слова совсем. Надоело быть зависимым. Хотелось просто сдохнуть, потому что надежды рухнули.

— Нет, я все. Не хочу. Больше ничего не хочу!

— М-м-м, ясно… — тихо произнес Алекс.

— Ну, как скажешь…

В трубке раздались монотонные гудки. Ветров недовольно швырнул ее обратно на корпус аппарата.

— Да пошел ты… Урод хренов!

Он неистово захотел закурить. Пальцы не слушались… Чиркнув спичкой о коробок, майор не рассчитал и выронил ее. Упав на стол, все тут же вспыхнуло — майор вскрикнул, пламя перекинулось и на него…

* * *— Жми! Жми! Пока есть возможность!

Уставший ТАБ-77, ревя двигателем и буксуя колесами по глине и песку, неуверенно заползал по склону холма.