Хотя… может, Валя нарастила ее на щеках? Делают же женщины брови и ресницы, приклеивают тоненькие волоски. Правда, держатся они недели две-три, потом отваливаются. И ведь не побоялась колоть себе гормоны, это же вредно для здоровья.

Дегтярев открыл принесенную с собой папку и протянул мне лист.

– В отличие от гениального профессора, который от большого ума не устраивает личный досмотр подопечных, у Бушерона в СИЗО идеально соблюдаются необходимые меры. Вот протокол осмотра задержанного Гуськова.

Я начала читать и ахнула.

– Не может быть!

– Теперь понимаешь, почему Валентина не боялась никаких обысков? – уточнил полковник.

– Да, – кивнула я.

Александр Михайлович погладил лежавшего у него на коленях Хуча.

– Когда мы, находясь в Волчьей пасти, прижали Вадима к стене, тот уперся, начал все отрицать, и Ксавье задержал модельера, как, впрочем, и всех остальных подопытных Эпохова. Одних за нарушение визового режима, а других как основных свидетелей. Во время осмотра врача выяснилось, что Вадим гермафродит, он имеет внешние мужские признаки и внутренние женские.

– С ума сойти, – пробормотала я.

– Редкая патология, – согласился полковник, – в раннем возрасте таким детям проводят операцию, врачи с помощью анализов определяют, по какому типу будет развиваться организм: по женскому или мужскому, и убирают ненужное. Но Игорь Гаврилович и его жена оказались из другой стаи. Я беседовал с кладоискателем и совершенно уверен, что он псих. Нет, мужик вполне адекватен в быту, нормально одет, пристойно себя ведет, соблюдает гигиену, выглядит обычным человеком, спокойно поддерживает беседу на разные темы, читает лекции. Студенты любят Попова, он не вредный, ставит на экзаменах в основном пятерки. И ребята знают: когда группа собирается для сдачи зачета, надо задать педагогу вопрос: «Скажите, пожалуйста, правда, что большинство кладов, зарытых в прежние времена, до сих пор не найдено?» И все! Дальше можно расслабиться, педагог станет вещать о сокровищах, потом спохватится и живо распишется во всех зачетках. А на вопрос о вероисповедании Игорь Гаврилович гордо отвечает:

– Я эллин! Верю в Зевса и всех богов Олимпа.

– В греческой мифологии Гермафродит – сын Гермеса и Афродиты, – перебила я, – в него влюбилась нимфа Салмакида, но юноша не ответил ей взаимностью. Тогда Салмакида попросила богов навсегда соединить ее с любимым, и получился двуполый человек. Если в семье греков рождался особенный младенец, его почитали, считали даром богов.

– Вот-вот, – закивал Дегтярев, – ту же сказочку преподнес мне и господин Попов. Он запретил делать старшему ребенку операцию, единственное, на что согласился, это анализы.