Вспомни, как Сансон у нас работает? Он из пистолета стреляет, головы топором рубит, виселицу мастерит?

Раздался смешок.

– Федька крови до одури боится.

– Верно, – согласилась Анжелика, – один раз Раиса ножом палец поранила, так Забродин увидел ранку и сознание потерял. Ему нравится человеку яд в еду добавлять, он тащится от подготовки к казни. Сначала с приговоренным дружбу заводит, в гости его в свой домик зазывает, а спустя пару недель отраву в чай подливает. Вот такой у него метод.

– И что? Надо, чтобы Сансон отработанный материал убрал. Мне без разницы, как он это сделает.

И, по моему мнению, отрава лучший выбор. Тихо, спокойно, без крови.

– Вот-вот. Без крови. Не мог Федька Ксении руки отрубить.

– Она их в нишу сунула, а там лезвие упало.

– Все равно. Федор бы шкатулку не взял и не убежал, упал бы рядом без чувств. И в горло ножом Якунина он не мог ткнуть. Забродин от вида крови впадает в истерику.

Стало тихо.

– Ну, может, ты и права, – произнес Эпохов, – я не подумал про его страх. А вот Зинаида на это способна, она шилом мужиков убивала.

Снова раздался шорох.

– Только тех, кто с ней спал, – сказала спустя время Лика, – других она не трогала.

Мстила за изнасилование, женщин никогда не убивала. А Паша только по детям специалист, он педофил. Видишь, уже трое отпадают.

– Полина свекровь из окна вытолкнула, а за ней и горничную, которая случайно это увидела, – протянул Борис Валентинович. – Насчет Павла… Он специализировался по своим племянницам, изнасиловал дочерей брата. Едва прибыл сюда, чуть ли не на второй день раскаялся. Сделал это из трусости. Все растлители малолетних не отличаются храбростью.

Сейчас он ведет себя тихо, но в доме маленьких девочек нет. И я ему не верю. Куда Богатиков рацию дел?

– Потерял.

– И до сих пор не нашел?

– Дом большой, территория огромная, где-то швырнул. Павел не особенно аккуратный, сколько раз он инструменты расшвыривал?

– Нет, он что-то задумал. Себе на уме мужик. Надо подумать, как с ним поступить. История с переговорным устройством очень подозрительна. Очень."

"– Зачем ему трубка? – засмеялась Лика. – У нее скоро зарядка закончится, и превратится рация в бесполезный кусок пластмассы.

– Он ее зарядит!

– Шнуры-то у меня.

Я все переговорки, кроме твоей, у себя в комнате ночью в сеть втыкаю.

– М-да. Ладно. Пока оставим эту тему. Сейчас нам важно, что Павел никогда не использовал нож. Теперь о тебе. Ты свою семью в бане заживо уморить хотела, холодным оружием не пользовалась.

Напоминание о преступлении не смутило девицу, она зашуршала страницами.

– Теперь о новеньких. Васильева пыталась отравить дочь своего мужа от первого брака. Накапала ребенку в сок яд, но его случайно выпила нянька.