- Мы в любом случае не останемся в этом городе, значит, нам придётся брать её с собой. Нужно будет что-то решать с торговой лавкой…

Словно получив команду, мужчины принялись обсуждать условия опекунства. Лавку продать в счёт приданного девицы. Даже если её оставить и просто запереть, после нашего отъезда её рано или поздно всё равно разграбят. Да и налоги никто не отменял.

Дознаватель и защитник бегом выскочили из комнаты, вернулись через пару минут, и тут же, прямо на подоконнике, принялись составлять дополнение к уже готовому документу об опекунстве.

Потом мы с мужем поставили на них свои подписи и заседание продолжилось. Мачехе присудили пять лет каторги. Её тут же увели.

В дверях она остановилась. Обернувшись, нашла меня глазами и прошептала:

- Ты обещала!

Из здания суда мы выходили, обзаведясь великовозрастной дочерью.*

Вместо того, чтобы ехать домой, мы отправились на другой конец города, туда, где мачеха снимала временное жильё. Я ожидала увидеть перепуганную девушку, ожидавшую вестей из суда, но вместо этого нас встретила чуть полноватая пышногрудая девица, в отличном настроении, весьма довольная жизнью.

- Здравствуй, Агата, мы приехали за тобой, - я вышла вперёд, опасаясь, что она может испугаться незнакомых мужчин.

Сестрица скользнула по мне равнодушным взглядом, а вот когда увидела у меня за спиной Николаса и господина Лейсона сразу же заулыбалась, делая шаг в сторону, чтобы мы могли войти."

"Дом был небольшой, вся гостиная заставлена мебелью, я сразу узнала части гарнитура из своего дома. Придётся их везти обратно.

Дознаватель принялся пояснять Агате, что её мать уже осудили и теперь она находиться под нашим опекунством. Пока они разговаривали, я прошлась по комнате, разглядывая вывешенные на стену картины. Некоторые показались мне смутно знакомыми.

Внезапно в глубине дома послышался какой-то шорох.

Этот шум услышала не только я.

- Ты не одна? Вы наняли служанку? – тут же отреагировал господин дознаватель.

- Нет, - сестра покачала головой, - это, наверное, мыши, - и густо покраснела.

Тут за окном промелькнула какая-то тень. Я подошла ближе, отодвинув штору, разглядев пригнувшегося, пробирающегося к калитке молодого человека.

Ммм да, мыши! Я вздохнула, посмотрев на сестрицу уже другими глазами.

Остаток дня мы паковали вещи и перевозили их в наш старый дом. Агата при этом успевала кокетничать то с Николасом, то с господином Лейсоном и её ничуть не смущало, что один уже женат, а другой – официальное лицо.

Она то и дело подходила к ним с каким-нибудь вопросом, томно вздыхала, так что её грудь соблазнительно колыхалась под тонкой, собранной складками тканью домашнего платья. Вся такая слабая, беззащитная дева с влажными тёмными глазами и пухлыми губами.