Что мешало если не позвонить, так написать ему о нежелании идти на бал? Ведь ничего же. Теперь приходится терпеть.

Заприметив впереди статную фигуру Сергея Вяземского, тотчас скорректировала курс: пошла немного левее. Парень общался с, похоже, отцом и меня пока не видел. Но я не на миг не сомневалась — как только попаду в поле зрения кого-либо из Вяземских, диалога точно не избежать.

Среди одежды всех цветов радуги изредка встречались черные платья и костюмы. Надо отметить, в этом буйстве красок простолюдины выглядели шикарно. Но, подозреваю, не родовитым одноклассникам, как и мне, не больно-то приятно выделяться. Хотя им все же проще. На этом празднике боярыня-глава рода в единственном экземпляре.

Теперь стало понятно, отчего Сергей Вяземский интересовался, приду ли на выпускной.

Не дождетесь! Я гордо подняла подбородок.

— Светлого дня, девушки, — внезапно раздался совсем рядом до боли знакомый мужской голос.

Остановившись, повернула голову. Буквально в двух шагах стоял Михаил Игоревич Разумовский собственной персоной.

— Светлого дня, княжич, — опередив меня, любезно поздоровалась Катя, а потом заявила: — Я отойду на минуточку. Не теряй, — и устремилась к группке девушек из нашего класса.

Проводив удивленным взглядом сбежавшую Катеньку, невозмутимо посмотрела на Михаила.

Белоснежный костюм-тройка с золотистой тесьмой по бокам брюк сидел на его спортивной фигуре как влитой. Все те же чуть растрепанные темные волосы, такие знакомые ярко-васильковые глаза, чувственные губы — юноша не изменился. Только в моей душе ничего не шевельнулось. Абсолютно.

Словно молния, промелькнуло озарение: а ведь в самом начале наших отношений я купилась именно на схожую внешность. Влюбленный юноша-бастард напоминал мне хозяина Южного княжества.

Меж тем Михаил не отводил от меня глаз, рассматривая с каким-то необъяснимым интересом. Э нет, братец, в эти игры я больше не играю.

Не собираясь заморачиваться тем, что на него нашло, невозмутимо промолвила:

— Светлого дня, княжич. Отлично выглядите.

— Хотел сказать то же самое, — он широко улыбнулся. — Впрочем, нет, сегодня вы особенно красивы, — сообщил низким, с характерной хрипотцой голосом. — Софья, — Миша на миг замялся, а после, резко перейдя на «ты», тихо произнес: — Прости за все. Если можешь.

— Забудь, — ответила твердо. — И давай больше эту тему поднимать не будем."

"На лице княжича отразилась искреннее облегчение. Не веря своим глазам, я с трудом удержала маску хладнокровия. Что, черт возьми, происходит? Он и правда не собирается выносить мне мозг?

Шагнув ближе, Михаил аккуратно взял мою правую руку.