Стараясь не крутить головой, тем не менее заметила, как меня провожают видеокамеры и пристальные и крайне любопытные взгляды.

Внезапно среди зрителей пробежал встревоженный шепоток. Кто-то из женщин громко ойкнул. Затем по рядам разлетелись испуганные возгласы. Через пару ударов сердца люди в зале напоминали встревоженно гудящих в улье пчел.

Ты посмотри-ка, похоже, узнали.

Мысленно усмехнувшись, кивнула невозмутимому Андрею Дмитриевичу и остановилась в центре свободной площадки перед массивным столом суда.

Где-то за спиной сидели Катя с Ярославом.

Что они сейчас испытывают, я представляла весьма смутно, но догадывалась: неверие — это самое малое.

Потерпите. Все после.

Хладнокровно встретив суровые взгляды двух судей, нарочито медленно повернула голову к клетке с обвиняемым.

Беззастенчиво всматриваясь в мое лицо, юрист «вдовца» сильнее и сильнее хмурился. А муженек… Напрочь потеряв дар речи, Потемкин не отводил черных, словно тьма, глаз.

Выдержав долгую многозначительную паузу, вновь перевела взор на суд. Подавшись вперед, двое городских судей, уже не сдерживаясь, разглядывали меня со жгучим любопытством.

Разумовский же, как и прежде, являлся эталоном самоконтроля и напоминал красивую статую.

— Уважаемый суд! — внезапно громко воскликнул юрист Потемкина. — Обращаю ваше особое внимание на жуткую безнравственность представителя потерпевшей стороны! Желая выиграть заведомо безнадежный процесс, Рязанов попрал все этические нормы! — грозно потрясая рукой, мужчина прямо-таки кипел праведным гневом. — Предъявляя данную особу суду, он самым бесстыдным образом порочит добрую память почившей боярыни Изотовой! Вместо этого театра обвинению стоило бы побеспокоиться о реальных доказательствах того, что мой клиент маг разума, — добавил безапелляционно, скрестив руки на груди.

Андрей Дмитриевич сурово нахмурился и громко сказал:

— Коллега, вы забываетесь. Впредь следите за словами.

— Прежде чем давать советы, на себя посмотрите, — зло фыркнул молодой юрист. — Ничего святого для вас нет! Даже актрису, похожую на Софью Сергеевну, нашли да в суд притащили! — он презрительно скривился. — Вы, видимо, таким странным способом рассчитывали пробудить сострадание к еще одной якобы потерпевшей? — мужчина брезгливо поморщился.

— Да вот только проиграете, уважаемый коллега, — Александров торжествующе улыбнулся. — Ясно же как день — вы намеренно предъявили страшные обвинения в использовании магии разума Егору Николаевичу и раздули из банального дела громкий процесс! Мой доверитель отрицает, что он маг разума. Ни одной экспертизы не проводилось, доказательств нет, именно поэтому я убедил Егора Николаевича просить о княжеском суде.