Выяснилось, что Римо находится на четвертом дне своего эмоционального цикла, восемнадцатом дне интеллектуального цикла и пятнадцатом дне физического ритма.

– Этим объясняется вчерашнее происшествие, – сказал Бойль. – У вас был день физического кризиса, вы находились в середине цикла. Происходил переход от подъема к спаду, и вы нервничали. Произойди это завтра, вы бы повернулись и ушли. Несчастным хулиганам не повезло.

– Не повезло? Меня же могли убить!

– Позвольте в этом усомниться.

Озадаченный, Римо вышел из коттеджа Бойля на улицу. Так, они исследуют насилие и жестокость.

Хорошенькое дело. Может, в плане Брюстера по покорению мира подразумевается и такой способ – заговорить противника до смерти? Ведь никогда не удастся определить ритмы и циклы всех противников и сражаться с ними только тогда, когда ритмы будут на нашей стороне.

А порнографические фото? Еще одна загадка. Взгляд голубых глаз Бойля не дрогнул ни при упоминании о шантаже, ни о порнографических делишках. Римо был убежден, что Бойль не причем. И, в то же время, именно он позировал на них. Позировал в полном смысле слова, поскольку на фотографиях было заметно профессиональное освещение, съемка велась с разных ракурсов.

Но Бойль понятия не имел об этом!

Если придет приказ, Бойля придется убирать в индивидуальном порядке. Руками. У него нет стойких привычек или хобби. Свой коттедж он покидает редко. Значит, в доме произойдет несчастный случай. Возможно, что-нибудь с электропроводкой. Если приказ поступит. Римо надеялся, что этого не случится.

Глава двенадцатая

В детстве Римо мечтал стать великим охотником. Остатки детской мечты испарились при виде полуторатонного носорога, растоптавшего привязанного на цепь шакала.

От шакала осталась еле заметная клякса.

Римо с интересом смотрел на экран. Камера сменила план, и носорог отдалился от зрителя, а в кадре появился доктор Абрам Шултер. Черные редкие волосы выбивались из-под пробкового шлема. В руках он держал черную коробочку, казавшуюся большой в его птичьих пальчиках.

Шултер направился к носорогу, время от времени останавливаясь и размахивая над головой шлемом, чтобы привлечь внимание близорукого животного. Корца до зверя осталось меньше тридцати метров, Шултер остановился и закричал.

Носорог бросился вперед. Земля содрогалась под его галопом, заставляя вибрировать камеру. Из правого угла экрана носорог мчался на стоящую в левом углу тщедушную фигурку доктора Шултера. Тот еще секунду понаблюдал за носорогом, а потом щелкнул переключателем на черной коробочке. Носорог остановился как вкопанный, словно налетев на невидимую стену.

Он так и остался стоять без движения, меньше чем в десяти метрах от Шултера. Экран потускнел.