Редкая пташка! Попытайся она убежать, банда набросилась бы на нее как свора собак. Вместо этого она выждала момент, когда главарь разрядил на время свою агрессивность, и тогда просто ушла. Перестала существовать как объект нападения. Прекрасно исполнено."

"Тут к главарю поспешил Рэтчетт, переваливаясь и подпрыгивая. Волосы развевались позади головы, пальчики на растопыренных руках возбужденно шевелились. Он что-то прошептал в украшенное золотой серьгой ухо главаря, который в ответ схватил Рэтчетта за ворот вельветовой рубашки и скрутил так, что лицо Рэтчетта сперва порозовело, а затем налилось краской.

Рэтчетт ухитрился вынуть из кармана пачку банкнот, и хватка на его шее ослабла. Рэтчетт поцеловал руку, держащую его за глотку. Тогда главарь отпустил его, и Рэтчетт остался стоять, как маленький мальчик в общественной бане, прикрывая ладонями причинное место.

Главарь зашагал по тротуару, цокая подкованными сапогами. Дружки загрохотали и зацокали следом. Банда двинулась к дому Брюстера.

Брюстер повернулся к Римо.

– Я не хочу неприятностей. Помните, что насилие порождает ответное насилие и так далее.

Мы можем просто все это проигнорировать.

Римо отошел от окна и уселся в кресло.

– Эй, легавый! – заорал главарь. – Выходи!

Римо театрально прошептал Брюстеру:

– Ничего не делаю, сижу себе тихо.

– Хорошо.

– Эй, Пелхэм! Ты, дерьмо, выходи!

Главарь был ростом под два метра и широк в плечах как штангист. Походка его была позой. Вызов его был позой. Мистер Под-Два-Метра большинство своих сражений выиграл за счет угрожающего вида. Главным его оружием был страх в сердцах слабых.

Главарь кивнул, и кто-то из сообщников взмахнул рукой.

«Камень,» – определил Римо. Стекло разлетелось. Брошенный камень грубо нарушил природную гармонию носа доктора Брюстера. Брюстер завертелся на месте, раскрыл рот и схватился за нос. Потом взглянул на свои ладони, залитые кровью, стекающей по запястьям в рукава твидотого пиджака, и завопил:

– О-о-о! Мерзавцы! Мой нос!

Нос и в самом деле был сломан и на глазах превращался в алую шишку, обильно источающую кровь. Сломан? Да. Трагедия? Нет, конечно.

– Он всего лишь сломан, – сказал Римо. – Не трогайте его руками.

Опасны бывают лишь осколки.

– О, нет! Больно. Кровь. Вы отвечаете за безопасность. Сделайте что-нибудь! Я приказываю, я разрешаю. Сделайте что-нибудь! Вызовите полицию. Вызовите врача.

– Вызвать репрессивную силу, контрсилу, порождающую опасность и неприятности?

– Не умничайте, Пелхэм. Я истекаю кровью. Идите и вышвырните отсюда этих подонков. Если у вас есть оружие – стреляйте. Прикончите этих мерзавцев.

Римо подошел к окну. Семеро хулиганов явно готовились к нападению.