Глядя на папу, я ясно видел, как сдержанность ускользала от него, и я без сомнения знал, что то, что Денни являлся свидетелем, больше не имело никакого значения. Моя наглость зашла слишком далеко, и отец сделает все еще хуже.

Пока я осторожно поднялся на ноги, папа сжал руки в кулаки. Я помню, как закрыл глаза, зная, что будет дальше. Давай, отец. Я готов повторить свои воспоминания. Удивительно, но голос Денни прервал зловещую тишину.

— Нет, стойте…

Раздался тошнотворный хруст, а затем тело Денни столкнулось с моим. Я очнулся как раз вовремя, чтобы поймать его, когда он начал падать. И когда он посмотрел на меня, из его губы сочилась кровь. Он встал под удар за меня, он забрал мою боль. Ошеломленный и дезориентированный, я помог Денни сесть на пол и сам сел на корточки рядом с ним.

Папа стоял на месте и смотрел на нас так, будто мы внезапно загорелись. Затем он бросил взгляд на свои руки и пробормотал: «Господи Иисусе». Не говоря нам больше ни слова, он метнулся прочь из кухни так, словно сбегал с места преступления.

Я помню, как дрожал, присев рядом с Денни. Я был полностью уверен в том, что, ударив его, отец переключится на меня, накажет меня за ненамеренную порчу фасада. В то время я был убежден, что он еще вернется к этому, когда я останусь один. Тогда-то Денни и положил руку мне на колено, говоря:

— Все в порядке. Я в норме.

Когда я посмотрел на него, его губа была опухшей и окровавленной, но он совершенно не казался напуганным, когда встретил мой взгляд. Покачав головой, он успокаивающе повторил: «Всё нормально».

Охваченный страхом, я начал трясти головой так, словно у меня был нервный тик. Все мое тело вибрировало, будто я страдал от гипотермии. Я не мог успокоиться. Я твердо верил, что отец этого так не оставит. Он доберется до меня. Он преподаст мне урок. Заставит меня страдать.

Садясь чуть прямее, Денни коснулся рукой моего плеча и сказал слова, которые мне никто прежде не говорил: «Все будет хорошо. Я рядом, Келлан. Я всегда буду готов помочь тебе».

Мой страх отступал, когда я смотрел в его спокойные глаза. Он, казалось, так уверен… Он дал мне надежду. И он был прав. Мой отец так боялся, что Денни расскажет кому-то о случившемся, что он не поднимал на меня руку все то время, что Денни оставался с нами. Это был лучший год в моей жизни.

Ожидание приезда Денни и его девушки было кропотливой тренировкой искусства терпения. Я пытался позволить времени течь естественным путем, но были моменты, когда я буквально таращился на часы, желая, чтобы время шло быстрее. Но ничего не помогало, и каждый день казался более медленным, чем предыдущий. Я думал, что ожидание его прибытия разорвет все кровеносные сосуды в моем мозгу прежде, чем он попадет сюда.