С такими просьбами я к нему обращался в подростковом возрасте, когда вляпывался в неприятности.

— Не телефонный разговор, подъезжай с Ирбегом ко мне домой. Есть знакомый психиатр? Нужен хороший специалист и частная клиника.

— Наташа? — догадался он.

— Да.

— Найдем. Через полчаса будем. — у меня есть время ее одеть и сменить повязку, это уже намокла…

*** ***

— Твою!.. Что здесь произошло? — Андрей смотрел на меня безумным испуганным взглядом. Ирбег осмотрел помещение, остановив взгляд на Наташе, сразу обо всем догадался.

— Ты обещал, Герман, — зарыдала Наташа. Несколько минут, как мы сидели в тишине, до этого она причитала и умоляла меня не сажать ее в тюрьму. Даже подписала документы на развод в обмен на свою свободу.

При виде Андрея, она вся сжалась.

— Вызови скорую! — отдает приказ брат своему начальнику безопасности. Замечаю, с каким трудом Андрей пытается взять себя в руки.

— Не надо скорую. Поедем сами. Ирбег останься с Наташей. Что там с врачом?

— Договорились, клиника одна из лучших в нашей стране. Можем хоть сейчас ее отвезти, — проинформировал Ирбег. Он выглядел невозмутимым, но иногда косился в сторону Наташи и желваки дергались на его челюсти.

— Я позвонил ее брату, он сейчас подъедет. Займешься этим? — все-таки это не входит в его прямые обязанности, поэтому вежливо было спросить, хотя в помощи нам начальник безопасности компании никогда не отказывал.

— Много крови потерял? — разглядывал Андрей повязку, кровь так и не остановилась.

— Не считал. — старался не показывать, но мне было не очень хорошо. Я слабел.

— До машины дойдешь?

— Я в порядке. — держаться, так до последнего."

"В машине мы договорились, что меня порезали осколки разбившегося зеркала. Неудачно занес его в дом. Андрей не был доволен, но переубеждать не стал. Обратились к знакомому хирургу — другу отца, чтобы он точно не позвонил в полицию. Он сразу понял, что мои раны к зеркалу не имеют никакого отношения, побурчал, но сообщать никуда не стал.

Меня подлатали и положили в больницу. Нужно восполнить потерю крови и исключить возможное заражение. Оказалось, что рана на груди не пустяковый порез, еще бы несколько сантиметров и Наташа могла попасть в сердце.

Андрей ждал меня в палате, до которой я сам доковылял.

— Герман, я Полине и маме сообщил. — мне это не понравилось, а еще меня настораживало его хмурое выражение лица.

— Зачем? Что ты им сказал?

— Сказал, что ты ранен, но волноваться не стоит. — Андрей не договаривал. Я внимательно на него смотрел, ждал, что он еще скажет. — Позвонил специально Полине, не хотел мать волновать.

— И?

— Поля сознание потеряла. Долго в себя привести не могли, сейчас вроде все нормально.

— Вроде? Андрей!.. — у меня слов не было.