Сказал, что дело очень срочное и ему непременно нужно переговорить с товарищем Сталиным.

— Хорошо. Я с ним поговорю. — Иосиф Виссарионович подошел к своему столу и поднял трубку высокочастотной связи: — Слушаю вас, товарищ Крайнюков.

— Здравия желаю, товарищ Сталин! — послышался взволнованный голос генерал-лейтенанта Крайнюкова. — У нас ранен командующий фронтом Николай Федорович Ватутин.

— Как ранен? Давно? — резче, чем следовало бы, спросил Иосиф Виссарионович, изумленный неожиданной новостью.

— Несколько часов назад. Сейчас он находится в госпитале, в Ровно.

Сталин невольно покачал головой: надо же такому произойти, и это перед самым наступлением!

— Насколько серьезно?

— Ранение в бедро, но похоже, что кость перебита. Николай Федорович испытывает сильнейшую боль, но состояние у него стабильное. Врачи делают все возможное. Но мы все-таки думаем перевезти его в Киев.

— Как это произошло?

— Мы выдвинулись колонной автомашин из Ровно, из штаба Тринадцатой армии в штаб Шестидесятой армии, в Славут. Близ села Милятино нас обстреляла группа бандеровцев… Мы стали отстреливаться, командующий был ранен в бедро.

— У вас что, не было охраны?

— Охрана была… Грузовик с автоматчиками. Но все произошло так стремительно, что никто толком даже не сумел сориентироваться.

— Что вы думаете по этому поводу? Это не было случайностью?

— У меня сложилось впечатление, что бандиты поджидали нашу колонну. Огонь открыли внезапно, действовали слаженно и очень напористо. Таких совпадений не бывает.

— Ну как же вы так! — в сердцах воскликнул Верховный главнокомандующий. — У вас самый многочисленный и самый сильный фронт, и командующий у вас один на всех, а вы не смогли его уберечь.

Сталин был взволнован. В такие минуты его акцент проявлялся сильнее обычного.

— Мы сделали все, что могли, товарищ Сталин. Была охрана, десять автоматчиков, выдвинулись, когда еще было не так поздно, — принялся оправдываться Крайнюков. — Даже не знаем, как так получилось… И сам командующий вел себя очень мужественно, стал отстреливаться вместе со всеми…

— Неужели вам не известно, что в тылу Первого Украинского фронта активно действуют бандеровцы! Прежде чем отпускать туда командующего фронтом, следовало сначала прочесать весь район.

— Нас заверили, что дорога будет безопасной."

"— У вас три танковые армии, — продолжал возмущаться Иосиф Виссарионович. — Неужели нельзя было придать вашей колонне хотя бы один танк! Разберитесь со всем этим делом! — строго приказал Сталин. — Выявить всех виновных и, невзирая на звания и должности, предать суду! Район следует зачистить от бандеровцев в ближайшие же часы.