Хотела уйти от инквизитора, а сделала только хуже.

— Я рад, что вам пришелся по вкусу сад. А еще приятно слышать, как вы ко мне обращаетесь. «Мой лорд», — в низком голосе мелькнула легкая усмешка. — Но было бы лучше, если бы вы назвали меня по имени. Думаю, сейчас это более, чем уместно. Как считаете?

— Я… Я не знаю…

— Алианна…

Чужое имя, произнесенное глухим от напряжения голосом, заставило невольно отпрянуть, и на плечи тут же опустились тяжелые ладони. Согревая, успокаивая, притягивая к горячему сильному телу.

— Не бойся девочка, я тебя не обижу.

Тихий шепот у самого виска.

А потом мужчина склонил голову, медленно втянул воздух, словно запоминая мой запах, и я почувствовала, как кожи коснулись настойчивые, упругие губы.

Один поцелуй… Второй… Третий.

Изгиб шеи… Щека… Висок.

И рваное дыхание у самого уха.

— Алианна… Лиа…

Лорд вытащил заколки, освобождая мои локоны, несколько раз провел по ним рукой, пропустил пряди между пальцев, а потом уткнулся носом мне в волосы. Еще раз глубоко и жадно вдохнул, потерся щекой и развернул меня в кольце своих рук — к себе лицом.

"Глаза, уже не синие, а фиолетово-черные, как грозовое небо, приблизились, заслонив собой все. Неповторимый яблочный аромат снова окутал меня, как тогда, во время венчания, и мир поплыл, окончательно отдаляясь. Затерялся где-то там, в знойном туманном мареве. В голове не осталось ни одной связной мысли, будто с меня разом слетела вся ненужная шелуха разумных соображений и рассуждений, оставив только острые, до боли, и такие же яркие чувства.

Кто из нас первый к кому потянулся, не помню, но через мгновение мы уже целовались — неистово, страстно, самозабвенно.

Нейт так сильно сжимал меня, что было трудно дышать, но я не собиралась вырываться, наоборот, крепко обвила руками его шею и стиснула в кулаке волосы, чтобы даже не вздумал отстраняться.

Еще несколько минут сумасшедших поцелуев, и лорд все-таки разорвал объятия, но лишь для того, чтобы торопливо освободить меня от одежды, покрывая плечи, ключицы, грудь лихорадочными поцелуями. Платье шелковой волной упало к ногам, а мужчина подхватил меня на руки и быстрым шагом направился в спальню.

Холод простыней немного отрезвил, вызвав вспышку неловкости, и я напряглась, сглотнула, опуская веки, но долго находиться в таком состоянии мне не дали. Светлейший каким-то шестым чувством угадал мое замешательство и стеснение.

Зашуршала сбрасываемая одежда, и кровать прогнулась под его телом.

— Не закрывайся, не надо. Хочу, чтобы ты видела меня, Лиа, — хрипло потребовал он.

Распахнула ресницы и снова попала в плен его удивительных глаз.

— Вот так. Смотри на меня, девочка.