Я предпочитаю быть партнером, а не вещью, поэтому, боюсь, выйти замуж в вашем мире мне вообще не грозит. Никогда.

Ворон прищурился. Нехорошо так. В темных глазах вспыхнуло мрачное, злое пламя, а ноздри крупного с хищной горбинкой носа чуть заметно затрепетали, выдавая гнев хозяина. Он сжал кулаки и подался вперед, ко мне.

В памяти вихрем пронеслись воспоминания о том, как его пальцы обхватывают мою шею… сжимаются… Во рту мгновенно пересохло, и я невольно попятилась.

Но мастер удивил.

Резко выдохнул, разжимая кулаки, передернул плечами, и с насмешливой улыбкой произнес:

— Значит, все-таки желаешь стать равной? Без скидок и снисхождений? И готова принять все последствия своего решения? Уверена, что выдержишь? Ну, если так… Показывай свои бумажки. Посмотрим, что за договор ты там сочинила… Партнер…

Если кто-то считает, что на этом все закончилось, то он жестоко ошибается. Все, на самом деле, только начиналось.

Конечно, Ворон не принял мой вариант договора. И второй. И третий. И десятый. Он оспаривал не просто пункт за пунктом — каждую цифру, фразу, а порой и слово. Предлагал собственные, очень двусмысленные формулировки, хитрил, намекал на грядущие тяготы, шантажировал, пугал, пытаясь дожать и заставить согласиться на свои условия. Правда, к чести мастера, надо признать — ни разу откровенно не солгал и не угрожал расправой.

На его стороне был огромный опыт, знание местных реалий и неизменный Крыс в советчиках и консультантах. А на моей — лишь отрывочные сведения об Атросе, его законах, здравый смысл, двадцать с небольшим лет земной жизни и жажда жизни. Долгой, счастливой и независимой, по возможности.

Разумеется, я блефовала. А как без этого? Кое в чем пришлось уступить, о чем-то я не успела прочитать и попросту не догадывалась, чего-то не учла по незнанию и от банальной усталости. На чем-то Ворон настаивал категорически и отступать не пожелал.

Ночь была долгой, беспокойной и далась мне невероятно трудно, но мы все-таки заключили этот чертов договор.

За окном занимался рассвет, когда мы, наконец, поставили свои подписи, и Крыс произнес нужное заклинание, скрепляя их магической печатью. Полупрозрачная огненная змея, блеснув кроваво-красными глазами, материализовалась в воздухе, опустилась на документ, свернулась в кольцо и затихла.

С этой минуты ни один из нас, под страхом смерти, не смог бы нарушить ни одну букву соглашения.

Крыс и Лис — единственные, кто еще знал правду обо мне, были связаны с Вороном клятвой верности и, практически, подписались под договором вместе с мастером.

Вот и все."

"Наступал новый период моей жизни, и насколько он окажется удачным, во многом зависело именно от меня, моих поступков и решений. И я пообещала себе, что обязательно еще раз подумаю обо всем. Завтра.