Мари держалась от него на таком расстоянии, что это сразу бросалось в глаза.

Ионатан предупредительно толкнул ее в спину, и она взяла себя в руки, когда Руне, прихрамывая, подошел к ним.

– Это моя сестра Мари, – дрогнувшим голосом произнес Ионатан. – Моя старшая сестра.

Он надеялся, что Руне вспомнит, что помогать им должна была его младшая сестра.

С большой неохотой Руне протянул ей свою изуродованную руку. Мари удалось без дрожи пожать ее.

Она молча наблюдала, как они грузили в кузов какие-то длинные предметы и прикрывали их мешками с углем. Мелкие дрова в мешках назывались «шишками». При случае использовали древесный уголь – чаще всего для легковых автомобилей. В грузовиках аппарат газового генератора монтировался рядом с кабиной. В легковых автомобилях часто имелся специально оборудованный прицеп с аппаратом, а дрова в мешке хранились на крыше автомобиля. Весь бензин был конфискован немцами.

Обратно возвращались в молчании. В конце концов Ионатану показалось это невыносимым и он сказал:

– Мари переночует у меня. Ей некуда больше пойти. Надеюсь, ты не против, если она поможет перетащить твои дровишки?

– Нет, не против, – неохотно ответил Руне. Ионатан заметил, что они друг другу не понравились. Несмотря на то, что им приходилось находиться в одной кабине, они держались отчужденно.

Мари сдержанно произнесла:

– Как это прекрасно, нарубить в лесу дров! Не каждый себе может это позволить.

– Я использую их в качестве столбов для забора, – неохотно ответил Руне.

Ионатан не знал, что у него есть сад. Он вообще ничего не знал о Руне, да и не должен был знать.

Но потом он понял, что вряд ли это вообще были дрова. Эти удлиненные предметы имели несколько иную форму.

– Где тебя высадить? – спросил он.

Руне тут же назвал ему знакомый адрес: там жил член другой группы сопротивления.

Они свернули с дороги, и Руне дал Ионатану понять, что хочет поговорить с ним наедине. Поэтому Ионатан вышел из машины, чтобы помочь ему выгрузиться на тихой ночной улице.

– Ты уже говорил со своей второй сестрой?

– Да. Она согласна, – тихо ответил Ионатан. – С понедельника она начинает работать в больнице. То есть, с послезавтра.

– Хорошо. Следующая встреча должна состояться в среду, нужно определить срок новой поездки. И она поедет с нами.

Ионатан кивнул. После этого они с Мари вернулись в больницу. Сначала они ехали молча. Все слова были излишни.

Наконец, Мари вздохнула и сказала:

– Я не достигла желаемой цели, Ионатан. Я оказалась более легкомысленной, чем думала.

– Свои антипатии можешь оставить при себе.

– Я совсем не об этом. У него в самом деле фантастически добрые глаза. Но на всю жизнь…

– Я понимаю. Но… давай не будем говорить об этой поездке! Ему не разрешается самому разгружать машину.