Как ты думаешь, это возможно?

– Ты же знаешь, что на смену Имре пришел Ганд, его сын.

– Да, – ответил Хеннинг, закрыв свои усталые глаза. – Это так. О, как бы мне хотелось поговорить с Марко, мы с ним почти ровесники. Мне так не хватает его! Но его не было здесь так давно, так давно…

Он погрузился в свои мысли.

– Если ты хочешь поговорить с Гандом, я попытаюсь это устроить.

– Да, спасибо.

Выйдя в смежную комнату, Бенедикта сказала своему сыну Андре:

– Он хочет поговорить с Гандом. Я попробую вызвать его, хотя никогда и не встречалась с ним.

Она была единственной в Липовой аллее, кто мог устанавливать связь с удивительными потомками Саги и Люцифера.

Через полчаса кто-то трижды постучал в дверь. Бенедикта открыла. И, увидев статного юношу с медно-рыжими волосами, она приветливо улыбнулась.

– Ты, должно быть, сын Имре? Добро пожаловать, Ганд! Мой отец ждет тебя.

Ганд кивнул и вошел в комнату. Сидящий возле двери Андре встал и поклонился прибывшему.

В глазах Андре вспыхнули искорки. Они с Гандом смотрели друг на друга, пока Бенедикта была в комнате отца.

Наконец Ганд мягко произнес:

– Тебе ведь это известно, не так ли?

– Да.

– Ты единственный, кто знает об этом. Ты всегда об этом знал.

– Да. Но я никому не скажу об этом.

– Прекрасно. Так будет лучше для всех остальных.

– Мой дед… – неуверенно произнес Андре. – Хеннинг Линд из рода Людей Льда?..

– Да, – кивнул Ганд. – Он должен быть спасен, он этого заслужил.

– Спасибо, – взволнованно ответил Андре.

В дверях показалась Бенедикта и помахала Ганду рукой. Тот вошел в комнату, и их с Хеннингом на время оставили одних.

Ганд взял в свои руки старческие ладони Хеннинга и сказал:

– О чем ты хотел спросить меня, Хеннинг? Старик вздохнул."

"– Я знаю, что хочу слишком многого… Но мне так не хочется умирать именно теперь. Я прожил долгую жизнь. Мне было всего одиннадцать лет, когда черные ангелы передали на мое попечение твоего деда Марко и его брата Ульвара. Я был свидетелем прихода в мир нескольких поколений. Знаешь, что Тува моя праправнучка? На моих глазах протекала жизнь стольких Людей Льда!.. Но мне бы так хотелось… О, я знаю, что это очень нескромно с моей стороны, ведь я не меченый и не избранный, я самый обычный… Но, как ты думаешь, смогу ли я присутствовать… в качестве какого-то духа… при схватке Натаниеля с Тенгелем Злым? Мне бы так хотелось быть свидетелем этой борьбы! Понимаешь?

Ганд улыбнулся.

– Дорогой Хеннинг, – сказал он, – если кто-то и заслужил того, чтобы присутствовать при этой схватке, так это ты. Ты ведь знаешь, что наши предки причисляют тебя к величайшим представителям рода?

– Нет, об этом я не знал. И я очень тронут этим.

– Среди так называемых «обычных» Людей Льда есть свои великие.