Его хозяин должен был прилететь из Франции! Специально на случку! Чтобы у нас родились очаровательные щеночки!

— Марьяна, успокойся, — я прикоснулась к ее плечу, но она стряхнула мою руку. На меня не смотрела. Весь ее гнев был обращен на бедного пса Романа.

— Марсель с Арчибальдом уже взяли билеты! И что теперь? Лея родит от безродного бобика! — истерично кричала подруга.

И тут в разговор вступил друг Романа.

— Это норвич-терьер, вообще-то, — он произнес это так, словно оскорбление нанесли ему лично.

И сделал это очень зря, потому что Марьяна не успокоилась, а наоборот начала наступать на Вадима с разъяренным видом.

— Это мохнатый бобик!

— Он, конечно, не Арчибальд, — задрав подбородок, гордо произнес мужчина, — но твоя Лея выбрала именно его. Ей виднее…

Договорить он не успел, так как Марьяна с воинственным видом бросилась на него."

"— Бобик он! Коротконогий Бобик! — у Марьяны рот не закрывался, она вся раскраснелась, еще и ногой притопнула. — И теперь вместо милых щеночков у моей Леи родятся… Б-б-бобики!

Вадим такого оскорбления простить не смог, тут сразу ясно стало что Роман соврал о том, чей на самом деле пёс. Пришлось этих двоих срочно уводить подальше в разные стороны. Мы с Романом всю дорогу оглядывались и с сожалением смотрели друг другу в глаза, пока не пропали из вида. А такой хороший день намечался.

— Бобика… Кхм… То есть Марселя нашли? — возвращаюсь из воспоминаний и спрашиваю у Багирова.

Дело в том, что за всем этим скандалом Вадим забыл о своем псе и через полчаса мы издалека видели, как они ходили по парку и звали того по кличке.

— Да, на детской площадке печенье поедал и наслаждался вниманием ребятни, которая ни на шаг от него не отходила.

— Надеюсь, больше никто не предъявлял Вадиму обвинения в том, что Марсель является предполагаемым отцом будущих щенят, — шепчу себе под нос, чтобы дальше вскинуть взгляд и снова растаять. Брови Романа взлетают. Он будто поражен моей наглостью.

— Мы оба видели, что Марсель спокойный пёс, а инициатива исходила от твоей… Ой, прости, не твоей Леи, — он произносит это с издевкой. В глазах загораются смешинки.

Я смотрю на него со сдержанной улыбкой на губах и предлагаю:

— Давай просто не будем больше вспоминать об этом. Мы же квиты, верно?

Конечно, нет. Я врала ему больше. И при нем тоже больше врала. Но Роман — джентльмен. Он кивает, принимая мое предложение.

Глава 7. Мирослава

Мы снова молчим. Я делаю вид, что слежу за происходящим вокруг и молюсь, чтобы никто не подошел уточнить какой-нибудь рабочий момент. Будет неловко если кто-то из родных сейчас спросит у меня: ""А где тот венок за сто косарей, который мы заказывали? Доставка запаздывает"".

— Честно говоря, я даже рад… — Роман склоняется ко мне, его дыхание касается кожи на моей шее.