Я остаюсь одна посреди холла. Чувствую себя брошенной. Переминаясь с ноги на ногу, крепко сжимая в руке клатч. Вроде бы ничего такого не произошло, но на глаза наворачиваются слёзы. Ведь я успела уже нафантазировать себе, как мы проснемся утром на белых простынях, а потом отправимся вместе на завтрак.

Словно в насмешку над моими мечтам и ожиданиями за спиной звякает лифт, оповещая, что прибыл на первый этаж. Створки открываются почти бесшумно, я несколько секунд смотрю на своё отражение в зеркале: облегающее платье, идеальный макияж и прическа, в глазах нездоровый блеск, губы неестественно красные из-за помады, а потом разворачиваюсь и иду к выходу. Такие мероприятия точно не для меня. Как и мужчины, которые их посещают.

Глава 4. Мирослава

С того памятного вечера на выставке прошло больше недели, но я никак не могу выбросить Романа из своих мыслей.

Изо всех сил пытаюсь переключаться, но складывается впечатление, что в моей голове что-то сломалось. А может даже в сердце.

Проведя плановую инвентаризацию гробов на «любимой» работе, домой я возвращаюсь в отвратительном настроении. Чтобы не киснуть — напрашиваюсь на прогулку со своей настоящей подругой, с той самой, которая не отбивала моих женихов.

— Подожди… То есть ты готова была с ним провести ночь? Подняться в номер через десять минут после того, как познакомились, и…

Марьяна, моя школьная подруга, сначала хмурится, потом подводит итог моего рассказа. Не договаривает, потому что за поводок тянет Лея — её очаровательная мальтипу. Маленькая кудрявая собачка карамельного цвета.

Только как же громко и пискляво она тявкает…

Раньше я мечтала о такой же, но после сегодняшней прогулки — задумаюсь.

Хотя, на самом деле, я мечтала о многом из того, что уже есть у Марьяны. Она занимается любимым делом — у нее свой цветочный бутик для души; огромным состоянием, которое досталось в наследство от отца, управляет ее жених. Через два месяца у нее состоится свадьба с невероятным мужчиной. А ещё ей не приходится вести себя, как мне… И страдать потом — тоже.

— Да… — мой голос звучит грустно. Я абсолютно расстроена.

Марьяна отрывается от Леи и заглядывает мне в лицо. В её взгляде нет осуждения, но понять до конца мою печаль ей откровенно сложно.

Наверное, это потому, что она не видела моего Романа.

Стоит назвать его в мыслях вот так — моим — и снова хочется тяжело вздыхать.

Потому что он не мой. Он предпочел мне какой-то упавший кран. Глупо обижаться на такое, я же не бездушная, но иногда так хочется побыть эгоисткой…

— И даже телефон свой не оставила?

— Он не просил, — вряд ли подруга хотела меня добивать, но с каждым её новым вопросом мне становится все хуже.

Лея гавкает и тянет поводок, мы с Марьяной ускоряемся.