Маг был в сознании – завидев табакерку в руках Кайрена, он задергался, начал рычать, пытаясь изо всех сил освободиться, а изо рта у него пошла пена.

Это было жуткое зрелище, на которое Кайрен не отреагировал. Он распахнул крышку, и я приготовилась увидеть…

Уж и не знаю, почему дергался тот маг, но внутри табакерки было пусто.

У второго, кстати, нашлась похожая, и она тоже была пуста. Этот, правда, молчал – после удара Кайрена все еще пребывал без сознания.

Не успела я выразить, так сказать, крайнее недоумение происходящим, как в коридор вбежала распорядительница и уставилась на нас огромными глазами. Но Кайрен не стал ничего ей объяснять, бросил коротко:

- Немедленно вызывайте дежурных магов. Произошло нападение.

- И что это значит? – тихо спросила я, когда распорядительница убежала выполнять приказ."

"- То, что Бездна снова вернулась, – глухим голосом произнес Кайрен. – Но на этот раз в другом виде, чем мы предполагали. Поэтому… Будь осторожна, Шани!

- Угу, – сказала ему. – Это, конечно, очень помогает – быть осторожной. Я-то постараюсь, но как мне понять, за каким углом меня будет поджидать эта самая Бездна?

Да и вообще, что это означает? Мы проходили о запечатанной на дне моря Тьме и Бездне на уроках у магистра Моравица, но все это не укладывалось у меня в голове.

Маги, табакерки, мамин амулет, попытка похищения… Как это могло быть связано со мной, Шанайей Гордон с острова Найрен?

- Возьми, – сняв со своей шеи, Кайрен надел на меня цепочку с синим камнем, все еще хранившим тепло его тела. – Если будешь в опасности, то сожми камень вот так. – Его пальцы прикоснулись к моим, и по моему телу пробежала жаркая волна. – Затем подумай обо мне.

- И это сработает? – удивилась я.

Он усмехнулся.

- Без магии – не сработает, но мне будет приятно знать, что ты обо мне думаешь. В любом случае, я попытаюсь найти тебя по своему камню. И вот еще… В ближайшее время я отыщу того, кому нужно будет отдать твой амулет. Это не обсуждается, Шани! Держать его у себя стало слишком опасно.

Я промолчала, хотя у меня нашлось бы что ему возразить. Но тут явились дежурные по академии, забрали нападавших, а мне сказали, что я могу идти, потому что дальше разберутся без меня.

И я пошла.

Вернулась в свою комнату и принялась дожидаться Лину. А еще гадать, придет ли Кайрен, чтобы рассказать мне, чем все закончилось, и проверить, все ли со мной в порядке.

Подруга явилась через полчаса, и я изложила ей урезанную версию последних событий. Без упоминания поцелуя и завещания смертельно больного Гильберта ДиРейна.

Это было слишком уж личное.

Затем мы немного помолчали, после чего принялись укладываться на ночь.

Но Кайрен так и не постучал в нашу дверь, напрасно я его ждала. Да и сон не шел ко мне еще долго – слишком уж тревожно было на душе.