— Придется поучить тебя падать, — невозмутимо сообщил Родерик, выпуская меня из объятий."

"— Падать он поучит! На спину! Совсем стыд потеряли! — продолжал разоряться голос.

— Насколько я помню, ночной сторож должен блюсти имущество университета, а не нравственность студентов. — Родерик посмотрел куда-то поверх моей головы. Я оглядываться не осмелилась, сгорая от стыда. — Займитесь своим делом.

Не дожидаясь ответа, он подхватил с земли мою сумку, одновременно взяв меня под локоть, и повлек прочь. Вслед нам неслись сетования на нашу безнравственность и невоспитанность.

Какое-то время висело неловкое молчание — или это одной мне оно казалось неловким? Когда я осмелилась посмотреть на Родерика, тот выглядел совершенно спокойным. Будто и не случилось ничего.

Впрочем, нет. Он прибавил шагу, словно торопился от меня избавиться.

Стыд-то какой! Я ведь почти позволила себя поцеловать. Да что там, я ведь хотела, чтобы он меня поцеловал, и вовсе не от любопытства, каков он, настоящий поцелуй. Парень, с которым и суток не знакома! Неудивительно, что он со мной разговаривать не хочет.

— Извини. — Я прокашлялась. — Я…

Слов по-прежнему не хватало.

— За что? — улыбнулся он.

И что, спрашивается, ему ответить? За то, что я на тебя повесилась, давая повод думать невесть что?

Я снова прочистила горло.

— Неважно.

Мы снова замолчали. Я тихо радовалась, что фонарей в парке не было или их уже потушили и лишь свет от входа в корпуса да луна не давали дорожкам погрузиться в полную темноту. Хотя я бы предпочла кромешную темень, хоть лица видно не будет.

— Спасибо, что помог, — сказала я, когда тишина стала вовсе невыносимой. — Дальше я сама дойду.

— Доведу. Жаль, что скоро закроют двери и приходится торопиться. Вечер чудесный, а компания еще лучше.

Я неловко улыбнулась. Хотелось верить, что это не просто вежливость и спешит он, только чтобы не ночевать на улице.

— Тогда тем более иди. Еще не хватало, чтобы ты из-за меня ты не попал в общежитие.

Он негромко рассмеялся.

— В первый раз, что ли? Главное, тебя вовремя довести.

Нет, я не буду думать, по какой причине он не всегда ночевал в своей комнате.

— Я не хочу, чтобы из-за меня у тебя были проблемы.

— Нори, я взрослый мальчик. Разберусь.

Несмотря на мягкость его тона, настаивать мне расхотелось. Но я попробовала:

— Из-за меня ты уже нажил себе врага. Не хватало еще добавлять неприятностей.

— Не из-за тебя, а из-за него самого, — наставительно сказал Родерик. — Барон Вернон-младший — идеальное подтверждение гипотезы, будто интеллект передается по материнской линии. Его отец, умнейший человек, женился на девушке вдвое младше себя, очень красивой, но до изумления неумной.

Он не договорил, но и так все было ясно.

— Как можно жениться на дуре! — не удержалась я.