Подхватывает на руки и небрежно швыряет на кровать. Стаскивает брюки и устремляется ко мне.

— Нет, — отползаю, но Владимир хватает меня за лодыжку и дергает на себя.

Отталкиваю и пытаюсь вырваться, но только еще сильнее запутываюсь в его руках.

— Че ты ломаешься? — рычит он недовольно, сжимая мои запястья над головой. — Просто скажи сколько.

— Что? — пораженно распахиваю глаза.

— Цену свою назови.

Меня словно ледяной водой окатывает.

— Сволочь, — рычу в ответ и начинаю вырываться с удвоенной силой, но Владимир пресекает все мои попытки.

— Да я такой.

Впивается в рот и накрывает меня своим телом. Разрывает трусики и грубо врезается коленом между моих бедер. Извиваюсь и пытаюсь его ударить, но Владимир считывает все мои действия и пресекает.

Не успеваю опомниться, как он толкается в меня и заполняет собой до основания. Мурашки проносятся по телу, а жаркое пламя вырывается наружу. Хочу его. Так, как никогда никого не хотела. Но не так, не с такой подачей. Но тело не слушается и отзывается на грубые ласки, а внизу живота все стремительнее закручивается пружина желания.

Владимир рычит и грубо трахает меня. Как обычную шлюху. Стыдно, но мне это нравится. Он словно разбудил мои тайные фантазии. Я теку от него. От его запаха, поцелуем, ласк. Меня сносит волной неконтролируемой страстью. А яркий оргазм сотрясает каждую клеточку тела.

Владимир отпускает мои руки и прижимается теснее. Несколько раз врезается в меня и, глухо зарычав, изливается на постель. Падает рядом со мной и тяжело дышит."

"— Урод, — сухо констатирую я и пытаюсь собрать себя по кускам.

— Че ты как целка, — хрипит Владимир и переворачивается на спину.

— Ты меня изнасиловал…

— Да брось, — кривая ухмылка искажает его губы. — Тебе же понравилось.

Мне не понравилось. Я испытала оргазм. Возможно, самый сильный в жизни, но это не имеет никакого отношения к удовольствию. Это просто реакция тела. Постыдная и позорная. Гаденько вышло. Ролевые игры я не заказывала.

Владимир садится на постели. Дотягивается до своих брюк и вытаскивает портмоне. Достает несколько пятитысячных купюр и кидает мне.

— Что это? — хмурюсь и поднимаюсь на ноги.

— Моральный ущерб, — хмыкает он. — Мало? На еще.

Достает еще несколько оранжевых бумажек и кидает туда же.

— Скотина, — цежу сквозь зубы и вскакиваю на ноги.

Так меня еще никто не унижал. Обидно до слез, но я позволю себе заплакать сейчас. Торопливо натягиваю платье и иду к двери. Но внезапно разворачиваюсь и возвращаюсь. Собираю деньги под насмешливым взглядом Владимира и с наслаждением кидаю ему в морду.

Не реагирует, даже не смотрит на меня. Плевать. Ухожу. Он еще пожалеет об этом.

Стремительно спускаюсь вниз. Все веселятся в другой части дома и мне удается проскользнуть незамеченной к выходу.