Улыбка помимо воли появляется на губах. Прячу ее в чашке и допиваю кофе.

— Владимир Борисович, вы меня слушаете? — мелодичный голос секретаря звучит словно сквозь вату. Конечно, я не слушаю.

— Что? — ловлю ее взгляд в отражении окна. — Повтори.

— Ваш адвокат звонил, просил о встрече. Срочно.

— Давай найдем для него окошко, — усмехаюсь и разворачиваюсь.

— Конечно, — Юлия торопливо опускает глаза. — Сегодня будет удобно?

Молоденькая совсем и боится меня, словно я жру ей подобных. Но нет, меня не прельщают трепетные и невинные. Хватит с меня чистоты. После Марины у меня на нее аллергия.

— Нет. У меня еще дела, — уклончиво отвечаю. — Давай завтра.

— Хорошо.

Она уходит, а я собираюсь уезжать. Не могу я так больше. Извелся весь. Никогда не думал, что меня так заденет тупой игнор, но отмахнуться не получается. Совесть, будь она не ладна, сожрала уже до мозга костей. Откуда взялась? Я думал нет ее у меня. А теперь вот познакомился.

По дороге к дому Татьяны покупаю букет цветов. Нежно-розовые, мелкие розы. Чистые и невинные, как раз чтобы извиняться. Докатился. Хочется побиться головой об стену. Я и извиняться? Сам себе поражаюсь. Но, блять, спать не могу. В груди свербит. Всю душу вымотала!

Хорошо, что заранее выяснил адрес. Останавливаюсь недалеко от подъезда. Смотрю на ее окна — темнота. Значит не вернулась еще. Ничего, подожду. Откидываюсь на спинку и прикуриваю сигарету. Бесит все люто. Стискиваю зубы и смотрю прямо перед собой. Что ж такая задница-то?

Краем глаза замечаю, что в окнах загорелся свет. Как так-то? Я не видел, чтобы Таня проходила. Хотя я и не смотрел. Ладно, перед смертью не надышишься. Забираю цветы и выхожу из машины. Плана нет, но отступать я не намерен.

Жму на кнопку. Птичья трель звучит внутри квартиры, но что-то открывать мне не торопятся. Нажимаю еще раз, но настойчивее. Слышатся шаги. Наконец-то!

Дверь приоткрывается. Татьяна. Такая домашняя и мягкая, но в глазах ни капли теплоты.

— Ты? — выразительно хмыкает она, изображая искреннее изумление.

— Я войду? — решительно шагаю вперед, но Таня качает головой.

— Нет.

Сама выходит на площадку и прикрывает дверь. Вопросительно изгибаю бровь.

— Ты не желанный гость в моем доме, — сухо поясняет и складывает руки на груди.

— Вот как, — недовольно поджимаю губы и прищуриваюсь.

Раздраконить меня решила? Да я и так пиздец какой заряженный.

— Как есть, — она небрежно ведет плечами. — Зачем ты здесь?

Вот мы и подобрались к конструктиву. Осталось закрыть вопрос и разойтись мирно.

— А если я хочу попросить прощения? — усмехаюсь я."

"— Хотел бы, попросил, — ее тон пренебрежительный, а в глазах арктический холод.

Все справедливо. Я накосячил. Мне и исправлять.

— Тань, я был не прав, — говорю искренне и протягиваю букет. — Прости.