И смеялась с самой первой встречи с ним куда чаще, чем за всю свою прошлую жизнь, несмотря на отчаянную ситуацию.

— Я серьезно. Давай смоемся.

— Мы не можем. — Лайза покачала головой, прижав палец к губам Мэтта.

— Еще как можем! Можем делать все, что захотим.

— Шшш… — Лайза прижалась к нему. Отяжелевшие веки опустились сами собой.

— Я серьезно.

— Я тоже. Давай спать.

К тому времени, как Лайза открыла глаза, Мэтт уже сидел за письменным столом, стуча по клавиатуре ноутбука. Он попросил миссис Харкорт выслать их компьютеры, немного одежды и другие необходимые вещи личным самолетом Баринга.

Лайза наблюдала, как он работает голый, если не считать белого полотенца, обернутого вокруг талии.

«Он так красив», — подумала она с болью. Не красотой модели, как некоторые ее знакомые мужчины, но он такой любящий, родной, свой.

Она позволила себе немножко пофантазировать. Они с Мэттом женаты, счастливы, живут далеко от Гонконга, от всего мира. В безопасности. Свободные. Вместе.

Почувствовав ее взгляд, Мэтт поднял голову и улыбнулся:

— Завтрак?

— Конечно! — улыбнулась Лайза. — Умираю от голода.

Они заказали свежие фрукты, круассаны с горячим кофе и жареный бекон для Мэтта.

Лайза завтракала в постели, но Мэтт словно прилип к экрану.

— Что ты делаешь? — спросила она наконец, намазав остаток меда на третий круассан и жадно в него вгрызаясь.

— Я говорил тебе прошлой ночью. Составляю план побега.

— А я говорила тебепрошлой ночью, — рассердилась Лайза, — что невозможно исчезнуть вдвоем и сразу. Инспектор Лю выпустил меня только с тем условием, что я останусь в Гонконге. Помнишь, что сказал Кроули? Главное — не давать ему оружия. Для нас жизненно важно играть по его правилам.

Мэтт выключил компьютер.

— Пусть Кроули идет в задницу!

— Брось, Мэтт. Шуточки ревнивого любовника здесь не совсем уместны. И это серьезно.

— Знаю. Лайза, китайская полиция пытается повесить на тебя убийство Майлза. Они уже убедили Интерпол в своей версии, считают, что ты и твой таинственный дружок все это и устроили. И если Лю до сих пор не предъявил тебе обвинения, это еще не значит, что он не намерен это сделать.

— Но у него нет доказательств."

"— Еще как есть! Правда, пока только косвенные и все это полнейшая чушь, но обвинительные приговоры выносились и на меньшем основании.

Поверь мне, если ты будешь по-прежнему отказываться назвать имя этого парня…

— Мы уже об этом говорили, — раздраженно оборвала его Лайза.

— Знаю. Я не пытаюсь тебя переубедить. Просто констатирую тот факт, что он от них ускользнул. Зато ты в их руках. А синица в руках надежнее журавля в небе. Лю знает, что полиция Америки, Франции и Британии осталась ни с чем. Он не позволит тебе сорваться с крючка, пока не раздобудет чего-нибудь существенного.