Лакей развернулся и вышел, идеально ровно держа спину. Я тихонько хмыкнула, сама не знаю, одобрительно или наоборот. Отвыкла я уже от таких вышколенных слуг.

– Иди к себе, – вздохнул Дайон. – Мне надо подготовиться.

– Что там готовиться? – раздражённо спросила я.

Настроение ухудшалось с каждой секундой. Душа, подобно улитке, погружалась всё глубже в свою раковину, и вытягивать её оттуда приходилось с трудом, расцарапывая о стенки в кровь, вырывая с мясом.

Я приняла сидячее положение, спустила ноги на пол.

– Давай, может, лучше я просто с ним поговорю? – хмурясь, обратилась я к Дайону. – А то как-то всё это… по-идиотски.

Герцог поморщился. Он не любил, когда я употребляла подобные выражения.

– Нет уж, извини, – отрезал он. – Возможностей сделать всё «не по-идиотски» у тебя было хоть отбавляй. Ты ими не воспользовалась. А теперь я буду делать то, что считаю нужным.

Я обулась и встала. Не могу сказать, чтобы его слова меня воодушевили, но определённая справедливость в них была. Я действительно наделала много ошибок. А здесь, в конце концов, дом Дайона, и ему виднее, как правильнее вести себя в вопросах этикета. Если он считает, что эрла должен встречать не агент, а герцог, а затем и герцогская сестра, что ж, он в своём праве.

– Скажи спасибо, что я иду тебе навстречу и провожу этот разговор с глазу на глаз, а не в присутствии придворных, – сурово добавил Дайон. – Сам я считаю, что такой урок Ковентедж более чем заслужил.

Меня передёрнуло. Только этого недоставало. В том, что заслужил, а чего не заслужил Раймонд, наши с Дайоном мнения явно расходились. К тому же такого Раймонд мне уж точно не простил бы. А я и так не знаю, получится ли у нас с ним разговор…

– Постарайся держать себя в руках, – попросила я, подходя к двери.

– Сделаю всё, что в моих силах.

Получив это не слишком внушающее оптимизм обещание, я вышла из покоев герцога и направилась к себе в комнату. Более воодушевляющего обещания всё равно не будет."

"Когда герцог Левансийский быстрым шагом вошёл в свой кабинет, эрл Ковентедж стоял возле мраморной статуи женщины с крыльями – то ли древней богини, то ли ещё какого-то мифического существа. Взгляд его был устремлён не на статую, а на висевший на стене портрет Аделарда Л’Эстре, прадедушки Дайона по отцовской линии. Смотрел Ковентедж без особого интереса, скорее пренебрежительно, что ещё сильнее разозлило герцога. Но, помня данное Денизе обещание, а также и сам понимая, что сварой ни к чему хорошему не прийти, взял себя в руки.

– Эрл.

– Герцог.

– Присаживайтесь.

Дайон не слишком радушно, но предельно вежливо указал Раймонду на кресло. Тот не заставил себя уговаривать. Дайон сперва остался стоять, пристально глядя на гостя сверху вниз.