- Мадам, вы позволите? – произнёс означенный представитель медицины, как только за ними закрылась дверь. – Нам следует закрепить успех.

И, не дожидаясь ответа на вопрос, заданный исключительно для проформы, открыл саквояж. Служанка подала ему тряпицу, и доктор принялся сосредоточенно раскладывать на ней инструменты, от вида которых моё горло свело спазмом.

Уверяю вас, эти жуткие кривые железяки кого угодно бы повергли в панику. Я – не исключение. С похолодевшей макушкой посмотрела на служанку в поисках защиты и поддержки. Та, конечно, ответила мне успокаивающим взглядом, однако, настроиться на позитивный лад не получалось категорически.

Самое ужасное, что он действительно собирался применить свой дикий инвентарь* на мне, и это была не шутка. Айболит с деловитым видом присел на табурет возле кровати, уверенно задрал рукав моей сорочки, размотал обнаруженную под ним повязку, и… И мы оба уставились на свежий порез на внутренней стороне руки. Доктор – с профессиональным интересом, я – с изумлением.

Как сама до сих пор не прочувствовала у себя такой раны – не понимаю. Наверное потому, что сознание по-прежнему отказывалось признавать это тело своим. Да и вообще ощущала сейчас всё происходящее, как в замедленной съёмке, плюс под качественной анестезией.

Однако, как только глаза увидели шрам воочию, он тут же заныл, как родной.

Первое, что пришло на ум от представшего зрелища – версия о неудавшемся суициде. Но нет. Такая мысль тут же испарилась. Потому, что этот садист в интеллигентном обличье явно вознамерился организовать мне второй такой же порез. А значит, первый – тоже его рук дело.

В подтверждение, доктор Кларк удовлетворённо хмыкнул, установил на пол металлическую чашу и потянулся за ланцетом.

Вот тут мои нервы окончательно сдали.

- Вы что творите?! Вы тут что ли все с ума посходили?! – слетев с кровати, грозно рыкнула я, изо всех сил пытаясь сохранить оставшиеся крошки самообладания и достоинства.

Нога, тем не менее, предательски угодила в подставленный таз, который с грохотом, больно зацепив косточку на лодыжке, покатился по полу. Шуму наделала такого, что, наверное, весь дом услышал.

Служанка испуганно охнула и, прижав руки к щекам, застыла в полуприседе. Доктор, напротив, вскочил с места и с прямой, как шпала спиной замер в позе, полной оскорблённого негодования.

- Ну, знаете ли! – возмущённо дрогнувшим голосом, воскликнул он, - Это - форменное безобразие! Я такого терпеть не намерен!

- Нет уж, уважаемый, это я такого терпеть не намерена! – гневно парировала на такой наглый выпад.

- В конце концов, это просто неприлично! – Кларк резкими движениями принялся скидывать свой опасный металлолом в саквояж.

- Не любо, не смотрите.