Но вовремя вспомнила, что посуду мы привезли как раз кирпичного цвета, и прикусила язык."

"Далее Андрэ рассказал, что в приоткрытую дверь склада мастерской успел заметить всё те же короба с готовой посудой. А ярмарка, между прочим, уже прошла. Можно было бы предположить, что мастера просто не сумели распродаться. Но я к месту вспомнила, что вообще не встретила наших знакомцев на толкучке в Пленье. А мы, вообще-то, обошли там всё вдоль и поперёк, ещё и не по разу. Получается, эти запасы предназначались для какой-то иной цели.

Однако, больше всего меня интересовало, отчего так перекосило тощего, когда я обратила внимание на горку битого камня.

И тут Андрэ огорошил меня «новостью», о которой здесь, по всей видимости, знал каждый взрослый и ребёнок, кроме меня.

Деревня выросла именно в этом месте совершенно неслучайно. Когда-то давным-давно, несколько веков назад, в горах у ручья Фурнель было открыто богатое месторождение серебра*. Вот эти самые древние обитатели долины ещё тогда, в незапамятную эпоху выгребли запасы ценного металла до дна, а потом разработки были заброшены.

Обогащённая руда закончилась, а поселение осталось. Только его жители теперь занимались земледелием, и деревня потихоньку разрасталась.

Конечно, из местных сто лет уже, как не осталось никого, кто мог бы видеть те времена воочию. И «серебряный век» долины давно бы превратился в легенду - красивую, но более похожую на фантастику, если бы не живое напоминание – полуразрушенные пещеры, ведущие в штольни, оставшиеся после старинных рудокопов. Природа, как известно, не терпит пустоты.

Подходы к скальным лабиринтам буйно поросли живым щитом.

И всё же окончательно «заштопать» рукотворные каверны, нарытые человеком, горы ещё не успели.

Для деревенских эта сказка была такой замшелой, обыденной данностью, что о ней никто и не вспоминал. Андрэ знал немного об истории этого места, но выбрал его за другие достоинства. И тоже до сего момента не придавал значения старинным былинам. А вот теперь…

В общем, не надо быть великим умником, чтобы сложить скопившиеся «два и два».

Кажется, наши гончары наткнулись на новую неразработанную серебряную жилу и на лету «переобулись» в рудокопов.

Причём, афишировать находку совершенно не торопились. Для отвода глаз продолжали лепить свои корявые поделки из глины, а сами потихоньку ковыряли скалу.

- Предполагаю, что сама жила находится где-то рядом, но не у самой мастерской. – делился рассуждениями Андрэ, - Скорее всего, пещеру, которую ты заметила, просто немного расчистили под схрон. Слишком мало там битого камня для серьёзной отработки породы.

- Так их всего трое, быстро не наколотишься тех булыжников.