Убедившись, что противник закончился, парень быстро перезарядил револьвер и, глядя в глаза перепуганной Юе, тихо усмехнулся:

– Вот и все. Больше они тебя не потревожат.

Девушка, сидя на расстеленной кошме, испуганно зажимала себе рот ладошкой, глядя на него неверящим взглядом. Наконец, убедившись, что перед ней не призрак и не лесное чудовище, Юе медленно опустила руки и, тряхнув головой, осторожно уточнила:

– Лю?

– Верно, – усмехнулся в ответ парень, быстро обыскивая тела.

– Откуда ты тут взялся?

– Мимо проходил. Поднимайся и собирай свои вещи. Отсюда уходить надо.

Нашумел я тут сильно, – приказал Леха, пресекая дальнейшие расспросы.

– Куда? – спросила Юе, даже не пошевелившись.

– Через границу тебя уведу. Там сейчас Боло. А дальше сами решите, как быть, – коротко пояснил парень, собирая оружие и боеприпасы.

* * *Обратный путь оказался намного длиннее, вопреки расхожей поговорке. Если туда Леха мог бежать, выбирая дорогу под себя, то теперь ему приходилось помнить еще и о груженой кобыле, на которой ехала Юе. Понимая, что всю добычу вместе с девушкой одна лошадь просто не увезет, парень срубил пару жердей и, соорудив волокушу, увязал на ней все добытое.

Потому и приходилось теперь выбирать путь, не выходя на тропы, но и не углубляясь в тайгу.

За день пройдя не более двадцати верст, Леха только тихо ругался про себя, но менять ничего не решался. Понимал, что на своих изуродованных ногах Юе не ходок. Девушка, немного отойдя от ночной бойни, преодолела вбитую в нее воспитанием скромность и принялась задавать Лехе вопросы. Сначала парень даже пытался ей отвечать, но очень скоро понял, что это не попытка что-то узнать, а таким образом она пытается избавиться от страха.

Так что, слушая краем уха бесконечный монолог девушки, Леха внимательно осматривался и отслеживал поведение таежных обитателей. Что ни говори, а сороки, галки и сойки сообщали знающему человеку о появлении в тайге постороннего издалека. Вот и шагал парень по тайге, вертя головой во все стороны. Наткнувшись на крошечный ручей, Леха задумчиво посмотрел в небо и, чуть слышно хмыкнув, принялся разбивать лагерь.

Пока Юе разминала ноги и пряталась в кустах по естественной надобности, Леха успел разгрузить кобылу, собрать хворост для костра и выкопать крошечную ямку.

Убедившись, что лошадь остыла, Леха привычно вычистил ее скребницей и, подведя к роднику, дал напиться. Стреножив кобылу, он отпустил ее пастись, а сам принялся копаться в солдатских ранцах, вытаскивая все съедобное.

К его возмущению, питались японцы бог знает чем. Удивленно глядя на маленькие рисовые колобки, полоски вяленой рыбы и какую-то сушеную траву, Леха, не удержавшись, проворчал по-китайски:

– Не удивительно, что они такие мелкие. С таких харчей особо не вырастешь.