Разумеется, у меня не было выбора, поэтому я быстро юркнула в машину на комфортное, мягкое сиденье и чуть не умерла от счастья, потому что здесь было тепло и пахло головокружительным мужским парфюмом.

Мужчина нажал на газ, седан плавно устремился вдаль по пустынной дороге. Я с облегчением выдохнула, но застеснялась – скорей всего у меня сейчас не самый привлекательный вид.

– Повезло, что я проезжал рядом.

Неожиданно его ладонь опустилась на мою коленку, обожгла насквозь.

– Какая холодная… Давно стоишь?

– Не очень, – покачала я головой, застыв словно статуя от столь безумного жеста.

Игнат плавно вёл машину, я залюбовалась его руками с утончёнными, длинными пальцами. Совсем как у аристократа. А как он перебирал ими руль? Будто ласкал девушку… На его вождение можно любоваться часами.

Моя кофточка намокла. Я её сняла, оставшись в тонком, белоснежном сарафане. Сегодня я надела лифчик без поролона, совсем позабыв об этом. Ткань сильно промокла, я поняла это слишком поздно, когда Игнат увидел мои торчащие соски и тогда у него, похоже, сорвало крышу.

– Вот дьявол! Больше не могу! – Исаев треснул кулаком по рулю, нажал на тормоз и повернулся ко мне всем корпусом. Двинулся вперёд, сильная мужская ладонь легла на затылок, властно его сжав. Я думала моё сердце сейчас точно выскочит из груди. От того, как смело и твёрдо он меня трогал, от того, как хищно смотрел, едва сдерживаясь. В то миг я поняла, что и он мною одержим, также, как и я им, но долго это скрывал. Неужели наша химия взаимна?

Наклоняется к лицу волнительно-близко. Палец мужчины ложится на мой подбородок, немного коснувшись нижней губы, которую я приоткрыла в напряжении. Горячее дыхание со вкусом мяты и сигарет обожгло мой рот, когда он хрипло прошептал:

– Я так сильно хочу тебя поцеловать, если бы ты только знала…

– И я, – неожиданно вырывается из моего глупого рта, что служит точкой невозврата.

Игнат Игоревич действует решительно – давит на мой затылок и накрывает мой рот своим. Только и успела хапнуть воздух, закрыть глаза и растаять будто восковая свеча.

Поцелуй такой горячий и напористый, что вот-вот выбьет из тела душу. Он углубляет движения, действуя не торопясь, не давя на меня, постепенно погружает язык в мой рот, будто боится напугать. Постепенно приручает. Показывает небе в алмазах…

У меня не было ещё парня. Так, мимолётные детские интрижки. Но такого взрослого, опытного, серьёзного – никогда.

– Какая ты сладкая. Чёрт, я же голову с тобой теряю, Лидаааа. Ты как мёд. Нежная, такая свежая…

В ответ я лишь стону, сама тая от наслаждения, словно тягучая карамель.

– Ну что общежитие отменяется?

– Да.