Зачем ему растить себе смертельного врага?

— А кто сказал, что себе, Хаджар. Позволь открыть тебе маленький секрет. Тот Яшмовый Император, что сидит сейчас на троне Безымянного Мира, он — девятый по счету. И, по совместительству, самое древнее существо из всех живущих. Но и он, в свое время, получил право на власть благодаря своей силе. Когда еще не было Черного Генерала, в эпоху до того, как зажглась Миристаль и воспылал Ирмарил, Древние сражались между собой. Древние Духи. Дети Первых Богов. Хотя, слово “битва” этому вряд ли подходит. Скорее бойня. Что-то вроде детской игры в “Царя Горы”, только больших, намного больших масштабов.

— Я все еще не понимаю, куда ты клонишь.

— А ты подумай, Хаджар, — тихо прошептал демон. Будто ронял слова не в разум, а внутрь самой души собеседника. — Яшмовый Император получил свой трон не по праву рождения, не потому, что он самый мудрый, а просто из-за того, что оказался сильнейшим в свою эпоху. Но остается ли он таким по сей день?

Глава 1199

— Откуда мне это знать, — огрызнулся Хаджар.

Эмоции бушевали в его сердце. Он стоял над живой могилой своей возлюбленной, под сердцем которой еще теплилась искра жизни его нерожденного ребенка.

Не то что — разговаривать, а даже думать в такой ситуации оказывалось сложнее, чем может себе представить любой, кто не сталкивался с таким же.

— Тебе — неоткуда. Но подумай, Хаджар. Кто не раз видел, как Яшмовый Император дает слабину? По чьей вине восстал Черный Генерал и едва не разрушил Безымянный Мир? Чьим он был слугой? И кто, в итоге, не уничтожил главную опасность мироздания, а лишь запер её в вечной темнице? Кто, своими руками, пишет в Книгу Тысячи? И кто завоевал свою власть?

— Но зачем ему я?

Хельмер, вдруг, улыбнулся.

Кровожадно. Дико. Так, что становилось понятно, почему именно им пугают маленьких, непослушных детей.

— Это, как раз-таки, очень простая манипуляция, — Хельмер отогнул указательный палец. — Умрешь — ничего страшного. Дергер получит немного признания, как тот, кто организовал уничтожение крупнейшего осколка Дархана, — за указательным последовал средний. — Станешь сильнее — тоже прекрасно — тебя можно будет и дальше использовать в своих ходах, — и, наконец, безымянный. — а если поднимешься на Седьмое Небо, если станешь настолько силен, то против кого направишь свой меч? Правильно — против Яшмового Императора.

И тогда, когда ты совершишь свое предназначение, Дергер сможет, с гордостью и честью, прервать твою жизнь и оказаться тем, кто не просто завоюет себе трон Седьмого Неба. Но и кого, в признательность, выберут таковым. А союз силы и признания… это венец власти, Хаджар. Венец, который снять очень тяжело. Почти невозможно.

Дергер… Хаджар не хотел этого признавать, но, опять же, слова Хельмера были правдой.