Белоснежные одежды не могли скрыть прекрасной фигуры, а широкие разрезы лишь обнажали стройные, длинные ноги и подтянутый силуэт округлых форм.

Неглубокий вырез на груди демонстрировал грани двух в меру пышных холмов, в тонкой ложбинке между которыми сверкало ожерелье из драгоценнейшего металла — Звездной Руды. В венец которой был вставлен Истинный Изумруд. Камень, который по стоимости превышал несколько сотен капель. И при этом был размером с заусенец.

Черные волосы реками струились по плечами, обрамляя чуть овальное, красивое лицо с четкими скулами, точеным, чуть курносым носом, густыми кустистыми бровями и черными, как ночь, глазами с желтыми, вертикальными зрачками.

Чувственные, алые губы, расплылись в улыбке, и прекрасная Тенед заключила отца в объятья.

При всей своей красоте она обладала воистину миниатюрным ростом и не дотягивала отцу даже до солнечного сплетения. И нормальному мужчине, едва-едва касалась бы груди.

— Отец! — воскликнула она. — я так рада тебя видеть! Ты не поверишь, как я соскучилась в этом Павильоне Охоты. Там жутко скучно. И нет возможности хоть с кем-то пообщаться.

Недавно могучий и тираничный Император сменился… отцом, откинувшим с головы дочери капюшон одежд. Но это лишь на мгновение.

— Принцесса Тенед, — прогремел он. — ведите себя подобающим образом.

— Ой, — опомнилась наследница рубинового престола и тут же стала холодной и отстраненной. — прости, отец… то есть — Император… ой — мой Император.

Кто-то из аристократов покачал головой, другие старательно прятали свои необидные, теплые улыбки. Тенед любили в Стране Драконов.

За её теплоту и доброту. За то, что она одинаково общалась с детьми благородных семей и жителями долин. Однажды её даже застукали за тем, как она, вооружившись лопатой, помогала копать крестьянам ямы для посадки плодоносных деревьев.

Черноглазая Тенед стала для Страны Драконов чем-то вроде талисмана. Символа того, что где-то там, высоко, есть что-то безусловно хорошее, чистое, светлое и неиспорченное.

И, отчасти, поэтому многие из сильнейших воинов и магов собрались на песке арены чтобы посоревноваться за право сопроводить Тенед в Рубиновые Горы. Просто потому что сама мысль о том, что со столь светлой и чистой душой могло произойти хоть что-то пагубное — была страшна уже сама по себе.

А Безымянный Мир оставался жесток и союз с Фениксами хрупок.

Прокашлявшись в миниатюрный кулачок (что опять вызвало теплые улыбки в ложе), Тенед повернулась к арене. И после того, как её встретили крики и овации от зрителей, она прострела руки над песком.