Видел, как дети рождались из бутонов Радужных Лотосов, с камней гор Элагоса, из облаков Штормовых Путей и… чего только не придумают наши люди, в попытке дать ребенку небольшое преимущество.

Хаджар решил не сыпать вопросами дальше, потому как Харлим, видимо, и так понимал, что именно у него собирались спросить. Скорее всего генерал далеко не первый смертный-новичок, которого Харлим встречал на своем пути и этот разговор был для него обыденным."

"— Видишь ли, Хаджар, у бессмертных детей есть одна небольшая проблема, — старик, походя, потрепал голову одного из детишек, а тот низко поклонился в знак благодарности. Вообще, как заметил генерал, все горожане, кто замечал старца, расступались перед ним и искренни кланялись. — Они уже рождены таковыми и не знают страданий и мытарств смертной жизни. Да, они сильнее большинства обитателей Безымянного Мира, но не знают об этом, ибо не видели слабости. И их воля и путь — они очень шатки. Обычно те, кто рожден в третьем регионе, никогда из него не выбираются. И лишь единицы второго региона пробуют подняться выше. Их путь развития практически отсутствует, и они просто… существуют. В бесконечной веренице дней, отсеченных от граней времени.

Прозвучало это все очень поэтично и высокопарно, но что еще ожидать от старика, возраст которого не было никакого смысла измерять в тысячелетиях. Только расплывчатое понятие эпох могло хоть как-то очертить пределы существования Харлима.

— И потому родители, — продолжил старик. — пытаются дать какой-то стимул детям. Но не у всех, далеко не у всех, это получается. И, бывает, что века, проведенные зачатком до своего рождения…

— Века? — не удержался Хаджар.

— Насколько я помню, — кивнул Харлим. — смертные женщины вынашивают своих детей девять месяцев?

— Да, все верно, — ответил генерал.

Старик остановился и посмотрел, но игравшуюся детвору.

— В нашем краю нет таких четких временных границ, — произнес он немного тише. — бывает, что зародыш развивается век, бывает десять, а бывает, что и тысячу лет. Все зависит от того, насколько насыщена энергией та зона, где он обитает и, разумеется, от того, насколько он предположен к типу энергии и… Впрочем, не буду утомлять тебя, мой юный знакомый, этими пространными объяснениями.

Хаджар еще раз посмотрел на то, с каким теплом Харлим взирал на детей и на то, с каким истинным, не поддельным уважением ему кланяются абсолютно все люди. Без всякого страха — лишь с благодарностью.

— Это то, чем занимается ваш дом, — протянул Хаджар. — Дом Золотого Неба… вы помогаете бессмертным рожать детей.

— Рожать детей… — повторил Харлим. — Мы создаем новые жизни, генерал.